Красный кадиллак желаний

– Госпожа, время нерезиновое, – я вздрогнула, увидев, кому принадлежит второй голос. Это был рыжий лис, одетый в зеленый кафтан, зеленую шляпу и, конечно же, у него был хвост.

– Да, да, да. Послушай девочка…

– Меня зовут Мириам.

– Прекрасно помню. То, что Эйран хотел сделать тебе предложение – было сущим недоразумением. А уж то, что мы с тобой беседуем в первый день вашей встречи – тем более. Узнала бы, кто это все затеял, стянула бы все пятна на пододеяльник. А ты случайно не знаешь кто?

– Я? Не-е-ет, – удивленные глаза и задумчивость – главные атрибуты актерской игры в таких случаях.

– Ну и ладно. Ты же очень милая девочка, – погладила меня по колену, ? я могу рассчитывать на твою помощь? Мы с тобой были не в плохих отношениях, ведь так?

– Так… Но чего вы от меня хотите?

– Чтобы ты не увивалась за моим мальчиком, – сделала наиграно-просящее лицо. С актерами играть – значит проиграть, мы все видим.

– Но мы ведь были «не в плохих отношениях», почему вы против меня?

– Девочка моя, я давно присмотрела для Эйрана жену.

– Я не хочу быть его любовницей.

– Ну вот, я об этом и говорю. Ты девушка порядочная, – вновь стала гладить меня по колену, прямо бесит. ? Быть любовницей нехорошо. Мы договорились?

– По поводу?

Я хотела сесть, но она ладонью придавила меня к подушке. И снова подбежал лис:

– Время, госпожа, время!

– Не суетись, Тингол Хитоэль, я и так нервничаю.

– Нет!

– Мерзкая девчонка! Ладили же с тобой в первый раз.

– Время! – лис подпрыгнул на месте.

– Я думала вы…, – голова закружилась, и все вокруг вновь поплыло…

? Мириам, Мириам! Как ты? – теперь надо мной склонялся Эйран. Такой взволнованный и так близко. Аромат его духов дурманит, смотрю на него, и мне совершенно не хочется вставать. А почему я собственно лежу?

– Что случилось? – присела и положила голову ему на плечо.

– Ты напугала меня. Не знал, что Снежинки такие нежные, – вдохнул запах моих волос. ? Нам лучше подняться. Не понимаю, что со мной происходит…

– Что? – последние слова сказал, чуть слышно, словно самому себе, но думаю, он знал, что я их услышу. Я удержала его за ворот пиджака, не хотелось, чтобы он поднимался и нас вновь разделил столик.

– Ерунда. Я помогу тебе встать.

Помог. И мы вновь уселись на свои места.