Красный кадиллак желаний

Вернулся Эрн с недовольным лицом, не помню такого при нашей первой встрече:

– Ты в порядке.

– Был бы лучше, но, к сожалению, это невозможно.

– Расскажешь мне?

– Лучше ты мне расскажи о себе: чем увлекаешься, как обычно проводишь свободное время? Есть ли у тебя свободное время или, может быть, у тебя есть кто-то?

– Никого у меня нет, – кроме тебя. Почему же ты ничего не помнишь Эрн? Я не могу об этом говорить вслух, но так хочется.

– Почему так смотришь на меня, будто мы знакомы? И у меня ощущение, что я уже сделал что-то не так?

– Нет, нет…

– Ваши клецки.

– Будьте любезны то же самое. Выглядит аппетитно.

– Это исключительно для вашей спутницы, – подвинула тарелку ко мне еще ближе. ? И его больше нет в меню. ? Может быть, медовый десерт с маком и пеканом?

– Не откажусь! Давайте! – вот же ж сладкоежка: сияет, как звезда на небосводе. ? Значит, жениха у тебя нет, прекрасная новость!

Неужели я и вправду нужна ему? Может, все, что было день назад – это сон, а сейчас все на самом деле? Я поднесла вилку с клецкой ко рту – аромат изумительный.

Глава 4

Очнулась я от резкого запаха нашатыря. Яркий свет бил по глазам и мне еле-еле удалось открыть их. Вокруг все белое: стены, занавески, мебель, а наверху противно мигающая лампа.

– Девочка очнулась?

– Да, госпожа!

Слышу два голоса. Один знакомый – женский, а второй мужской, но очень высокий, будто на хвост ему наступили, если бы у людей они были.

– Ну, что же, давай поговорим.

Шаг в мою сторону и я увидела перед собой Элайзу – маму Эйрана: красивую белокурую женщину в серо-голубом искрящемся платье.

– Добрый день, миссис Кристанти! А, что я здесь делаю? Где Эрн?

– Никогда не нравилось это имя, – присела ко мне. ? Моего мальчика рядом нет и, честно говоря, не хотелось бы, чтобы он тут вообще появлялся.

– В каком смысле? – я привстала на локтях в кровати, которая тоже была белой. ? Послушайте, мы с Эрн… с Эйраном обедали.

– Нам нужно было с тобой увидеться без свидетелей. Моему мальчику бы это не понравилось. Мнит себя взрослым, но я так не считаю.

Я смотрела на нее большими удивленными глазами. Во-первых, какого черта, я здесь делаю, во-вторых – «мой мальчик… мнит себя взрослым»? Вообще-то, Эрну двадцать девять лет.

– Но ему двадцать девять лет уже!

– Совсем еще неразумное дитя. Думает, что лучше знает, чем его мама.