Отмеченная

Если самка хоть раз разделит ложе с волком, ее сразу переводят в разряд обесцененной. Другие самцы не захотят брать ее в пару и иметь с ней общих щенков.

Фыркаю на эти пережитки прошлого. Сейчас полно средств защиты, чтобы волк не отметил самку своим семенем. Мир извратился. Робкая девственница не так прельщает, как развратная самка, умеющая доставить мужчине удовольствие.

Так о чем я? О метках… Сколько истинных пар я встречала за свою жизнь? Ни одной. Слышала лишь, что некоторые после брачного обряда могут стать истинными, но на это тоже нужно время.

Сила чувств, привязанность, взаимопонимание, общие интересы – все играет свою роль. Не знаю, что нужно сделать, чтобы два незнакомых волка были истинными друг другу изначально.

И как мне проверить или опровергнуть слова Елены? И нужно ли вообще что-то узнавать? Как и сказала отцу, через пару дней я покину эту стаю и больше не встречусь с Владом. Конечно, жизнь может преподнести сюрпризы, но почему-то я уверена, что при желании, наши пути больше не пересекутся.

Ведь двадцать два года я жила себе спокойно и, несмотря на то, что мой приемный отец – альфа, ни разу так и не пересеклась с Владиславом.

Двадцать два года… из них семь, которые я не помню. Какова вероятность, что в детстве я могла встретить Владислава? Почему северная стая и эти места кажутся мне такими знакомыми?

Вопросы, вопросы… Вся моя жизнь с того момента, как меня нашли на берегу реки, состоит из вопросов. Кто я? Агнес – мое имя или нет?

Кто я?

В таком чуточку подавленном настроении меня и застают брат с сестрой.

Елена привычно улыбчива и явно настроена полюбоваться моим оборотом. Егор как всегда выглядит по-деловому, но что-то в нем изменилось. Чуть более расслабленно выглядит? Доволен чем-то? Ай, да какая мне разница!

В волчицу я обращаюсь с большущим удовольствием. Как и обычно, перетекаю из человеческой формы в звериную, потягиваю задние лапки, потом, отклячив зад, передние, встряхиваюсь всем телом и с довольным видом сажусь перед Еленой.

Сестра Егора аккуратно прощупывает места моих заживших ран и делает вывод:

– Полностью восстановилась. Отлично.

– Я же говорила, – вновь вернув себе человеческий облик, говорю ей. – Буду в форме.

– Ну еще бы, – хмыкает волчица, но про истинную пару больше не заикается.

– А можно мне пробежаться? – внезапно спрашиваю у Егора, до этого задумчиво смотрящего на все наши с Еленой действия. – Я не привыкла сидеть в четырех стенах круглые сутки.