Золото Хравна

Ты, хоть и с Пригорков, о волках-то, поди, слыхал?

Торлейв хмуро кивнул.

– По всему видать, не простые это волки, – продолжил Стюрмир. – Говорю тебе о том, плотник с Пригорков, по секрету, ибо просили нас не пугать жителей херада без нужды. Ну да сдается мне, ты не из тех, кого легко запугать.

– Что-то я все равно не понимаю, хёвдинги, при чем тут барон Ботольв? Неужто бондов в нашей округе недостанет для волчьей охоты?

Стюрмир усмехнулся.

– Скажу не хвалясь, плотник с Пригорков: едва ли от Тёлемарка до Нурланда найдется кто-то, кто бы справлялся с такой работой лучше меня и Нилуса Ягнятника из Гиске.

– А про Белую Волчицу ты тоже слыхал, плотник с Пригорков? – с каким-то особенным выраженьем вдруг спросил Финн. Он сощурил один глаз, другим же в упор глядел на Торлейва.

Тот пожал плечами.

– Сказок за свою жизнь наслушался я немало.

– Помалкивай, Финн, – процедил Стюрмир сквозь зубы.

– Однако, – продолжал Торлейв, – какие бы умелые охотники вы ни были, все же мне невдомек, что за надобность у вас на хуторе Стурлы Купца?

– Ночью выследили мы двух этих бестий, – пояснил Стюрмир.

– Что-то отец не рассказывал мне никогда о том, что у него есть родич Стюрмир Грош, сын Борда, – произнесла Вильгельмина. Она немедленно поняла, что проговорилась, и покраснела.

Стюрмир живо обернулся.

– Какой отец? Да ты солгала мне, крошка? Ты вовсе не служанка, а дочка Стурлы?

– А вы меня не спрашивали, – дерзко вздернув нос, отвечала Вильгельмина.

– Так ты и есть Вильгельмина, дочь Стурлы, правнучка старой Йорейд с Таволгового Болота? – Финн склонился над плетнем и вгляделся в лицо Вильгельмины с любопытством и страхом. Казалось, сделай она хоть одно движение в его сторону – он в ужасе отпрыгнет назад. – Что ж, я должен был догадаться, – неприязненно прошипел он.

Вильгельмина снова вспомнила то бормотание в ночи сквозь бурю и ветер – и закусила губу.

– Помалкивай! – зло буркнул Стюрмир.

– Не могу я взять в толк, что здесь происходит, – сказал Торлейв и перехватил лыжный шест за середину. – И разговоры ваши мне не нравится, – добавил он, хмуро глядя на охотников. – Может, ты, Мина, объяснишь мне?

– Они хотели войти, а я сказала, что Буски не любит чужих.