Незнакомка

Безмерное счастье, грудь разрывалась от любви. Голубки повздыхали, обменялись улыбками, встали и уже спокойно вернулись за стол.

– Ну что, весельчак, время поджимает, уже без пяти двенадцать, откупоривай вторую бутыль, а я сейчас, мигом, – Вероника вышла из кухни, а Макс, наученный опытом, принялся осторожно возиться с шампанским.

Хозяйка обернулась за пару минут, кинула на диван оранжевый джемпер. Только теперь Макс обратил внимание, что сидит без свитера.

– Чего таращишься? Ты свой в роще потерял.

Только она сказала «пора», как забили куранты, отсчитывая секунды до Нового года, причём так громко гудели, будто Кремль телепортировался во двор.

Она смеётся птичкой звонкой и поздравляет от души, а он глазами ест девчонку, рискуя взглядом задушить.

– Макс, а ты на оленях катался? – Ника уже перебралась на диван, поджала ноги и облокотилась на его плечо. Её волосы приятно щекотали ему щёку, а аромат теперь был апельсина с корицей.

– Нет, – Макс помотал головой, стараясь плотнее прижаться к душистым волосам.

– А хочешь?

– А ты?

– Неважно, чего я хочу, важно, что ты хочешь.

– Лучше в карете, по заснеженной Москве.

– Не проблема, взлетай!

Они вышли из подъезда под белые хлопья снега и жёлтый свет уличных фонарей. Сугробы в человеческий рост жались к стенам невысоких домов, редкие прохожие вальяжно прогуливались вдоль мерцающих окон. Никакого уродливого новодела, никаких аляповатых вывесок – тонкая, чистая красота.

Снег сладко хрустел, отзываясь на каждый шаг, не жалобно хлюпал, изъеденный солью, а пыхал завидным здоровьем. Макс не удержался, подбежал к пушистому бархану, зачерпнул снега в ладони, намереваясь попробовать на вкус эту сахарную пудру, а Вероника, пользуясь случаем, толкнула его в спину, и он упал лицом в сугроб. Она дождалась, когда ротозей перевернётся и, смеясь, как простая девчонка, плюхнулась рядом. Взяла за руку и сплелась пальцами:

– Ну как? Экологичный снежок?

– Чистейший! Вкуснятина, чай с таким пить, да торты украшать.

– Ну кушай, кушай, не стесняйся.

Макс снова зачерпнул снега и отправил себе в рот.

Ника импульсивно сжала его ладонь:

– А смотри звёзд сколько! Планетарий отдыхает.

Снег всё продолжал падать, а небо было абсолютно ясным.

– Месяца не хватает, – ляпнул Макс и поспешил исправиться, – ну, для полной картины.

– Вот зануда, – Ника села и стала снимать серёжку.