Измени, моя королева!

Убедившись, что они не слышали нашего разговора, я принялась торопливо складывать еду для пленника в корзину.

– Что стоишь, как статуя? Помогай!

Торкиэль отмерла и растерянно принялась помогать мне собирать продукты. Закончив наполнять корзину, мы вышли из беседки и вскоре покинули дворовую территорию.

Лес после ночного дождя буквально кишел жизнью. Всюду летали бабочки и шмели, собирая пыльцу с распустившихся бутонов, а птицы высоко над головой наполняли лесную тишину заливистым пением.

– Госпожа… Прошу, скажите, что Вы пошутили!

Я взглянула на служанку и та, поняв мой немой ответ, поджала губы и снова покраснела.

– Но как?.. Почему?.. Почему Вы на это пошли? Зачем?!.. Я понимаю, что дроу ужасны, но орк!.. Орки отвратительны! Они выглядят как демоны и воняют, хуже свиней!.. А их огромные пенисы… только для того, чтобы разрывать женщин на части!..

Когда я остановилась и заливисто засмеялась, служанка сначала удивленно на меня уставилась, а потом сильно засмущалась.

– Ты не права, Торкиэль, – насмеявшись ответила я и продолжила идти по тропинке вперед, – Грумарг, конечно, крупнее эльфов и черты лица его грубые, но он весьма привлекателен. И пахнет не свининой, а свежим мхом и корой дуба. Ну а его пенис…

Глаза Торкиэль округлись, и она в предвкушении приоткрыла рот. Я же наклонилась к ее уху и горячо зашептала:

– Он действительно огромный!.. Такой огромный, что едва во мне поместился! Я извивалась и просила о пощаде, но он был настолько возбужден, что не слышал моей мольбы… Он рычал, как дикое животное, когда вонзался в меня своим гигантским пенисом… Снова и снова… пока я не стала стонать от удовольствия…

Я отстранилась от Торкиэль и посмотрела в ее большие круглые глаза на багровом лице.

– Пойдем, – я улыбнулась и направилась к мосту через речку.

Служанка какое-то время продолжала стоять на месте, но вскоре догнала меня и молча пошла следом.

– Сюда!

Схватив Торкиэль за руку, я резко свернула в сторону и потащила ее под свод моста. Едва мы успели спрятаться, как сверху послышались тяжелые шаги, явно металлических сапог. А спустя мгновение над нашими головами раздался голос моего супруга.

– Он не мог сделать это сам! Ошейник я заговаривал лично.