Что останется после

Спустя несколько дней – где словом, где силой, – они склонили местных к содействию. Но почему-то Табита не думала, что это коснется и её.

– Нет!

Это было первым словом, произнесённым ей с того дня.

– Я не должна забывать!

С этими словами девочка ещё глубже забилась в свой угол, испуганно глядя на внушителя. Тот обернулся к старшему магу. Всё давно было оговорено, но в глазах – вопрос.

Синеглазый магистр ухмыльнулся, будто ждал от неё этой реакции. Севин подпрыгнул на месте и обернулся. Бурю эмоций на его лице она не забудет никогда.

В упрощённом варианте это были растерянность-ненависть и снова растерянность, но уже немножко другая. Смешанная с сожалением.

– Я не должна забывать, – тихо и твёрдо повторила она, хоть и понимала, что от неё ничего не зависит.

Она не задумывалась и не знала, почему внушитель колеблется, а ответ был до смешного прост: он тоже боялся. Как и все остальные. Кроме Синеглазого. И Севина.

– Ты ничего не забудешь, Табита, – мягко и сладко ответил Синеглазый.

Слишком мягко. – Мы только хотим помочь тебе…

Голос споткнулся на полуслове.

Севин – истощённый, обессиленный, полыхающий плохо скрываемой ненавистью все последние дни – резко ударил кулаком по столу, тяжело поднялся на ноги и встал между ней и внушителем.

– Давай по сокращённой схеме, – хрипло, тихо, но с однозначной угрозой в голосе сказал он.

Синеглазый ответил с презрительной ухмылкой.

– Что это? Твоя маленькая месть?

– Нет.

Они смотрели друг другу в глаза несколько секунд.

В этом безмолвном поединке двух магов не было ни капли магии – и всё-таки атмосфера заставила её поёжиться. Внушитель ждал. Наконец презрительное выражение стекло с лица Синеглазого – и оно вновь стало безучастным.

– Ты слышал его, – сказал он внушителю, философски пожав плечами. – Тебе это потом расхлёбывать, Севин. Надеюсь, не пожалеешь о своём выборе.

– Выбор не мой, – прошелестел маг, тут же согнувшись и опёршись о стену.

– Ну да. Выбор мой. В конце концов, кто отчитывается Аладору? Пойдём, не будем им мешать.

…Она ничего не забыла. А когда ей наконец-то было позволено выйти на улицу из затхлого плена избы – девочка увидела над деревней поблёскивающий алым полупрозрачный купол. За пределы которого она не должна была выходить до самой смерти.

***

В прошлый раз она готовилась долго, но, плохо понимая природу магии Внушения, не смогла сделать практически ничего. Всего лишь продержалась дольше на сотню шагов.