Что останется после

Ещё один вздох, на сей раз в нём проскользнуло облегчение. Амулет с ним, остальные вещи – дело наживное.

– Не бойся, путник, я не побираюсь по чужим вещам, мне своих хватает, – послышался насмешливый голос.

Он мог бы смутиться, но его здорово лихорадило, что притупляло способность соображать, да и жест этот за последнее время почти превратился в рефлекс. Так что мужчина просто нахмурился, приподнимаясь на кровати.

Колдунья вернулась с дымящейся тарелкой супа в одной руке и стаканом странной серо-зелёной жидкости в другой.

Села на стул, пытаясь сдержать усмешку – такой радостный взгляд был у мужчины, увидевшего еду впервые за несколько дней.

Путник не знал, что за чары она над ним творила, но они действовали – самочувствие понемногу улучшалось. Вообще его ставила в тупик такая доброта: с самого детства его учили, что даром от магов хорошего не жди. И это – от добропорядочных городских магов, так что же говорить о странноватой колдунье из глухих болот?

– Спасибо.

– На здоровье.

Как мало нужно порой людям для счастья… Мужчина со счастливым вздохом склонился над тарелкой и, стараясь не смотреть на неприглядный «десерт», запустил ложку в самую гущу.

Колдунья наблюдала за ним со смешанными чувствами беспокойства и интереса. Немногие люди смотрели на неё без ненависти и страха, и она уже забыла, каково это – чувствовать себя обычным человеком.

Случайно поймав её задумчивый взгляд, мужчина положил не донесённую до рта ложку обратно в тарелку.

Выглядел он слегка смущённо. Заговорил медленно, тщательно подбирая обычные, в общем-то, слова. С болотной лихорадкой сосредоточиться было довольно тяжело, колдунья это знала и понимала.

– Спасибо, что помогла. Я шёл… в Карс, по дороге с Хурума. Помню, как добрался до развилки на Ренедарский тракт… Где я сейчас?

Ренедарским трактом гордо именовалась обычная, в общем-то, дорога, ответвляющаяся от Карского тракта. Вела она вглубь Долины Рен и там давала извитую петлю, в причудливом порядке соединяя здешние деревеньки.

Своим замысловатым изгибам Ренедарский тракт был обязан многочисленным болотам, значительно удлинившим его и время на его преодоление.

– Рен. Деревня верстах в семи к востоку от того перекрёстка.

Он закрыл глаза, запустил пятерню в шапку каштаново-рыжих волос, тяжело вздохнул. Минимум сутки потерянного времени.

Колдунья тоже помрачнела. Тяжело было разговаривать с незнакомцем, тяжело притворяться «нормальной».