Большая книга ужасов – 86

Я поправляю: «Меня зовут Ольга» – и натыкаюсь на полное непонимание: «Какая ещё Ольга? Екатерина Вадимовна зовёт вас «Ляля… Евгеньевна». А она правда так зовёт! При детях лепит по привычке моё школьное детское имя – но тут же, конечно, спохватывается (это же помощник воспитателя, дети же слышат!) и быстро добавляет отчество. Выходит, Хурме тоже очень странно считать меня взрослой.

* * *

Пока Хурма звонила Лёликову отцу, я заварила чай – это часть ритуала в её кабинете. Наша директорша не образец демократии, но чаю со своим фирменным вареньем предложит всегда, даже если планирует вылить его тебе за шиворот.

К тому же сейчас, после этого всего, я правда заслуживаю хорошую чашку чая с тонной сахара и блюдцем варенья…А бедняга Петрович ещё разгребает мусор во дворе.

Зато Лёлик особо не переживал: сидел себе на стульчике, жевал конфеты, время от времени поднимая голову, чтобы послушать телефонный разговор. Хурма говорила мало, в основном слушала, и я пыталась понять по её непроницаемому лицу, что ей говорят на том конце провода.

Когда она положила трубку, мы с Лёликом уже выпили по полчашки. Хурма рассеяно глотнула из своей (остыл) и задала вопрос, так меня мучивший:

– А кто поджёг-то?

Лёлик с набитым ртом только помотал головой, но Хурма как будто не заметила:

– А где зажигалку взял?

– Нашёл.

Я чуть не поперхнулась, но надо учиться держать лицо. Я здесь не ребёнок, я здесь почти воспиталка. Не, ну надо же, а! А Хурма и бровью не повела:

– Показывай.

Лёлик с готовностью выложил на стол новенькую «зиппо».

– Петровича, – оценила Хурма. – Лёша, ты вообще способен думать о последствиях?

– Я нечаянно! Я только чиркнул, а там сухая трава…

– Похоже на правду, – вступилась я, и Хурме это не понравилось:

– Идите, Ляля Евгеньевна, нам тут надо много чего обсудить.

Обсуждали они недолго. Лёлик догнал меня у пожарища, где ещё возились технички с Петровичем, растолкал всех и с невинным видом протянул Петровичу зажигалку:

– Простите меня, пожалуйста, это ваше.

Я не хотел вас убивать.

Петрович у нас охранник и немножко завхоз, я не ждала от него педагогических изысков. И правильно: он вцепился Лёлику в ухо и принялся драть, ругаясь, как положено охраннику и немножко завхозу. Лёлик визжал, Петрович ругался громче…

…А вечером уволили Катьку! Формально за то, что воспитатель недоглядел и ребёнок устроил пожар, который чудом обошёлся без жертв. И вроде правильно – но нет. И совсем не похоже на нашу справедливую Хурму.