Сопротивляйся

На улице октябрьский туман и промозгло, но я не успеваю убрать руки в карманы, потому что моя ладонь вдруг оказывается в большой и сильной руке парня, с которым мы познакомились двадцать минут назад!

Поймав мой взгляд своим, как ни в чем не бывало дергает меня за руку, заставляя сбежать вслед за собой с крыльца.

Его кожа немного грубая и теплая. Не знаю, почему не сопротивляюсь. В любом случае на мою покладистость он отвечает тем, что сплетает наши пальцы в замок и медленно ведет меня вдоль общежития в сторону проспекта.

– Ты не из города? – смотрю на мокрый асфальт, к которому тут и там приклеились желтые кленовые листья.

– Из Московской области, – отвечает Руслан.

– Ого, – удивленно посмеиваюсь. – И как тебя сюда занесло?

По сравнению с ним я провинциалка, и в моей голове идет резкая перестройка первого впечатления, но даже на первый взгляд он не показался мне простаком, даже несмотря на свою потрепанную обувь и одежду.

– Здесь обучение дешевле, – отвечает Руслан.

– Ясно, – бормочу.

– Хочешь чего-нибудь? Мороженое-пироженое?

– Нет, я поужинала.

– Тебе есть восемнадцать? – спрашивает он.

– А что? – смотрю на него, с издевкой выгнув брови. – Если нет, вернешь меня обратно?

Он улыбается.

Уголки уезжают вверх, отчего подбородок чуть меняет форму, и это… кошмарно ему идет.

Ему идет улыбка.

– Нет, – посматривает он на меня. – Если нет восемнадцати, я подожду.

Это заявление заставляет гореть мои щеки.

Чего он собрался ждать, совершенно понятно, и этот подкат настолько волнующий, что я краснею, как дурочка.

– А если есть? – смотрю на него все с той же издевкой.

– Если есть, значит, ждать не придется, – выдает он.

Эта очевидная игра слов, и, чтобы на нее ответить, мне приходится сначала оценить нахальный подтекст. Такой же нахальный, как подтекст его предыдущего заявления.

Кусаю губу, очерчивая взглядом четкий профиль Руслана.

– Извини, – довольно прищуриваюсь. – У женщин про возраст не спрашивают.

На его лице ухмылка, в его глазах пляшут черти, а у меня в венах карнавал, потому что я его уделала.

– А тебе сколько? – интересуюсь тут же.

– Двадцать один, – смотрит перед собой, медленно раскачивая наши руки.

На тротуаре, по которому мы двигаемся, попадаются редкие прохожие, а транспорта в девять вечера стало в разы меньше.

– Тебе у нас нравится? – поглядываю на него.

– В городе?

– Угу.

– Больше да, чем нет. Город разрастается, значит, у меня будет работа.