Король под горой

– У тебя так мало вещей, Тристан. Есть ли у тебя одежда, помимо формы? – спросил министр.

От вопроса рыцарь зарделся. Министр почуял его смятение и добавил:

– Если, конечно, тебе можно носить иную одежду.

Илия округлил глаза. Запреты были чрезмерными для него, он поднял взгляд на Тристана, тот вдруг показался ему интересным. «Какие же лишения он может вынести спокойно, если всю жизнь отказывал себе в обычных человеческих потребностях?». Тристан протер рот салфеткой, прежде чем заговорить.

– У меня, к сожалению, не осталось одежды после бомбардировки.

Орден снабдил нас тремя комплектами формы: парадной, повседневной и полевой. Этого достаточно. Но мы можем носить другую одежду, когда не находимся на службе.

– Ты не на службе, Тристан, – заверил его министр. – Пока нет. Я скажу Саре, чтобы она купила тебе одежду для дома и прогулок.

– Что вы, не стоит… – горячо заверил он. – Я благодарен вам, очень, но это лишнее. Я привык, мне удобно в форме…

– Пустяки, – отмахнулся лорд Гавел.

 – Ни пижамы, ни халата – это никуда не годится. Завтра тебе принесут все необходимое. Я не буду тебя баловать, не переживай. Я помню, что ты пальер, которому должно нести аскезу. Я не намерен искушать. Но тебе не стоит быть к себе таким строгим. Убежден, юноши все до одного, возвращаясь домой на каникулы, не носили форму сутками.

Лорд Гавел жевал мясо. Все присутствующие клацали вилками о тарелки. И Тристан еле слышно поправил:

– У нас не было каникул, министр.

Окорок встал колом в горле Илии. Все, что говорил мальчик напротив, звучало как одно сплошное наказание. Какая-то вечная кара без вкусной еды, десертов, каникул, любимых игрушек, велосипедов, карманных денег… Он словно бы заново увидел Тристана. А тот сидел такой же непретенциозный и понурый.

– Вы не уставали? А как же отдых? – не выдержал и спросил он.

Казалось, рыцарь совсем не ожидал, что Илия сегодня с ним еще раз заговорит. Очевидно, он замечал его недовольный вид и немые дразнилки в начале вечера.

– Конечно, уставали, – честно признался он. А потом пожал плечами, будто сбрасывая с них напоминание. – Но у нас были выходные, которые мы могли провести или в замке, или в деревне по соседству. А еще у нас было право на несколько дней отшельничества. Если послушник чувствует, что падает духом, то он может попросить себе такое право. Мы уходили в лес на неделю, жили там в одиночестве. Наедине с собой и отдыхали.