Винни Ковальский, гнус частного сыска

Это был самый обычный чулок телесного цвета, какие носят тысячи обеспеченных женщин, и теперь, конечно, уже сухой.

– Не много из этого выудишь, – откровенно признался он. – Но ведь у леди Фицрой наверняка таких полно?

– Целый комод, – сказал суперинтендант. – Вы, конечно, спросите, были ли непарные. Этим мы занялись в первую очередь. Все пары были в комплекте, но второй чулок нетрудно выбросить.

– Значит, отрабатываем версию убийства из ревности? – Солгрейв пристально посмотрел на суперинтенданта.

Бишоп сел в кресло и придвинулся к Солгрейву.

– Передать дело в Скотланд-Ярд – это была моя личная инициатива, – глухо сказал он. – Видите ли, когда речь идёт о такой фигуре, как сэр Реджинальд… Короче говоря, баронет считает, что в этом деле есть политическая подоплёка и что это связано со стремлением его скомпрометировать.

– Каким образом, если в доме больше не было посторонних?

– Ну, например, если Виолу Харди кто-то специально направил в Фервуд, когда леди Фицрой была дома…

– Ладно, – хмуро сказал Солгрейв.

Через полчаса в записной книжке Солгрейва оказалось следующее:

Между 18.50 и 19.10 – Миранде Фицрой сообщают о трупе в зимнем саду (более точное время неизвестно).

19.15 – звонок Миранды Фицрой в полицию.

19.20 – садовник из наружного парка предположительно видит живую Виолу Харди, удаляющуюся от дома. Проверить его утверждение невозможно, так как дорожки перед домом посыпаны гранитной крошкой и следов на них не остаётся.

19.30 – возвращение сэра Реджинальда Фицроя.

19.35 – Уолтер Моррис, личный секретарь сэра Реджинальда, спускается на первый этаж и узнаёт о произошедшем. Других показаний он дать не может.

19.45 – прибытие полиции и официальное опознание тела Виолы Харди.

– Гм, – сказал Солгрейв, ещё раз сверив свою запись с записями в деле. – Если бы не этот странный эпизод в 19.

– Вот именно, – кивнул суперинтендант.

– По каким часам садовник определял время?

– По большим, над парадным входом. Я знаю, о чём вы думаете. К несчастью, они если и спешат, то минуты на три, не больше.

– Ну, это ни о чём не говорит. Часы могли и перевести.

– Вряд ли леди Фицрой сумела бы сделать это сама, да ещё дважды. Тут необходим сообщник.

– Без сообщника дело не обошлось в любом случае, – сказал Солгрейв.