Пленница закрытого клуба

Как прошел разговор?

Я села на предложенный стул, но еда не лезла в горло, аппетита не было, да и сама пища не способствовала его повышению.

– Что случилось? На тебе лица нет.

Ковыряя вилкой в тарелке с не аппетитной едой, я смотрела на Александра Анатольевича не решаясь отвечать на его вопрос, но, по всей видимости, он ждал ответ. Хорошо, он его получит.

– Ваша клиника, – не разжимая зубов, прошипела я, – Грязная клоака, свалка. Я теперь знаю, как не должно быть никогда.

Мужчина улыбался во время моей тирады и пялился на мою грудь четко просматривающуюся через мокрую маечку.

– Ты настоящая бунтарка и говоришь крамольные речи. Очень жаль, что ты так восприняла пребывание в нашем заведении. Не многим дамам я уделял внимание, только тем, кто действительно был интересен чем-то. Ты из числа таких женщин. Я могу как-то повлиять на твое мнение о нашем центре и изменить его в лучшую сторону?

– Нет! – пылая яростью, я прекратила дальнейший разговор.

– Все же, стоит попробовать, и я это сделаю, – Александр Анатольевич поднялся из-за стола и покинул столовую.

Я попробовала съесть кусочек белого хлеба, но еда не доставила мне никакого удовольствия.

– Нет. Я не изменю своего вердикта никогда, – произнесла я тихо, но услышали почти все окружавшие меня за завтраком женщины. И когда прием пищи закончился, в столовую вернулся Александр Анатольевич и подозвал меня.

– Пошли, – сказал он и ничего более не добавив, повернулся и зашагал по коридору. Я как могла, старалась не отставать от него.

Мы подошли к комнате без номера.

– Заходи, я на самом деле не хотел доводить до этого, – промолвил он и закрыл дверь с другой стороны.

Подошла охранница, кажется, ее зовут Зинаида, женщина в возрасте и атлетически сложенная. Она без лишних разговоров коротким ударом врезала мне под дых.

Я согнулась, не выдержав удар, и женщина, махнув дубинкой по бедру, свалила меня на мягкий пол. Она стала лупить меня крепкой отполированной в руках палкой по разным частям тела, но в основном по наиболее мягким.

Зина рывком раздвинула мне ноги и воткнула утолщенный конец дубины в вагину. Начала ожесточенно трахать меня, радостно выкрикивая матерные поговорки, и проникала с каждым толчком глубоко в матку.

Жуткая боль доводила меня до состояния близкого к потере сознания. Попытка выдернуть дубину из меня обернулась полным фиаско.