Кто ты, Иуда?

Она подошла к холодильнику, вынула оттуда застывший брикетик мороженого и вручила Еве, с наслаждением отметив, как вытягивается лицо Розы.

– Брат приезжал, привез небольшую партию, – улыбнулась продавщица. – Они уже готовятся к 7 ноября.

– Ах, вот оно что, – пробормотала Подольская и ворчливо приказала дочери. – Ешь аккуратно! И оставь половинку Жене.

– Владимир Яковлевич просил пять штук, – заявила Зиночка и завернула еще четыре упаковки в шуршащую коричневую бумагу. – У вас намечается какой-то праздник?

– Офелия возвращается, – с нескрываемой радостью ответила Роза.

Продавщица понимающе покачала головой. Офелия Саркисян – молодая вдова, год назад она приехала сюда с двумя сыновьями и отчаянно нуждалась в деньгах. Владимир Подольский немедленно оказал ей материальную помощь, отправил учиться в какой-то ленинградский техникум и взялся присмотреть за мальчишками. Мнения жены по этому поводу он, естественно, не спросил, хотя забот у нее с тех пор прибавилось.

Если бы зиночкин муж выкинул нечто подобное, она бы непременно устроила запоминающийся скандал. Но ее супруг Алексей был спокойным, интеллигентным, рассудительным человеком, долго и тщательно обдумывал каждое решение. Зиночка очень ценила в нем это качество, однако с радостью предпочла бы взбалмошного Подольского, представься ей возможность выбирать.

– Мне нужно кое-что сказать вам, Владимир Яковлевич, – она понизила голос и схватила председателя за рукав.

– Слушаю, – вежливо улыбнулся тот.

– Наедине, – выпалила продавщица и, осознав, как странно это прозвучало, добавила. – Насчет братьев Лим.

Подольский посерьезнел и пошел вслед за ней в подсобное помещение, заваленное пустыми деревянными ящиками.

– Они говорят вам, – без предисловий перешла к делу Зиночка. – Что из-за неурожая не могут сдать овощи, но это вранье. Их продают из-под полы за бешеные деньги.

– Откуда вы знаете? – спокойно спросил председатель.

– Потому что старший, ну этот, как его…Чихун, вот!

– Чхун, – поправил Владимир.

– Да, точно. Он приходил ко мне и просил всех, кто хочет купить лук или картошку, отправлять к нему. Назвал цену – 20 рублей за килограмм, вы представляете?

– Как же он не побоялся заявиться в магазин с таким предложением? – прищурился Подольский.

Продавщица покраснела и замялась, силясь придумать нечто убедительное.