Кто ты, Иуда?

Она всегда вела себя вежливо, даже приветливо, но отстраненно: не перемывала кости знакомым, не ходила в баню по субботам с другими женщинами, чтобы попариться, выпить немного и поболтать, не заводила подруг. Роза любила читать и нахваталась из книг сложных слов и речевых оборотов. Зину буквально перекашивало, когда она слышала, как Подольская беседует с ленивой и глупой почтальонкой:

– Танечка, где мой журнал?

– Какой? – делала круглые глаза девица.

– На который я подписана. Он должен был прийти, неужели задержали?

– А-а-а, – тянула бестолковая Таня.

 – Был, был журнальчик! Просто я его забыла, когда сумку собирала. Сейчас разнесу почту и на обратном пути вернусь к вам с «Роман-газетой», хорошо? Уж извините, совсем разум потеряла: начальница вечно орет, муж каждый день пьяный, на ребенка в саду жалуются…

– Ничего страшного, дорогая, – отвечала с улыбкой Роза, вежливо, но непреклонно прерывая долгое повествование о несчастливой жизни. – Вы меня очень обяжете, если занесете издание ко мне на работу.

Зина предпочитала скандалить с почтальонкой, стыдить ее за халатное отношение к обязанностям и пугать жалобами, но все заканчивалось тем, что Таня начинала хамить в ответ, и за корреспонденцией приходилось идти самой. Розу же она почему-то побаивалась, хотя та вела себя крайне любезно.

А еще у Подольской было много красивых нарядов: платья, костюмы, юбки, кофточки. Зина, набравшись храбрости, предложила ей:

– Я могу достать для вас любые продукты, мой брат работает на заводе.

Там есть почти все: колбасы, молочка, кондитерские изделия. А вы познакомите меня со своей портнихой, согласны?

– Разумеется, – усмехнулась Роза Алексеевна. – Никакого секрета нет, для меня шьет соседка Лидочка.

– Я ее знаю, – разочарованно отозвалась продавщица. – Она служит в ателье закройщицей, мы все заказываем у нее одежду и, посмотрите, в чем ходим.

С этими словами Зина покрутилась перед Подольской, демонстрируя мешкообразное серое платье.

– Я сама рисую нужные модели и составляю выкройки, – снисходительно пояснила жена председателя.

 – Остается только сшить.

Зина рассердилась, но скрыла недовольство. Она тоже кое-что смыслила в конструировании нарядов, но не хватало то ли фантазии, то ли вкуса, чтобы придумать нечто оригинальное. Тем не менее, уговор дороже денег, поэтому пришлось откладывать для Подольских дефицитные продукты. Кроме того, Владимир Яковлевич вызывал только положительные чувства, и Зиночка стремилась ему угодить.