Громовое колесо

– Сокол!

Дружинный сразу развернул коня и подъехал к воеводе. Так вот, значит, каков ты, Сокол, подумалось мне. И вроде не богатырь могучий, а лучше тебя, выходит, лучника в княжестве нет… И ведь самый обычный, стройный, серьезный. На поясе длинный боевой нож, за спиной – тул со стрелами. Возраст не угадаешь, лет двадцать пять, наверное. Русая челка перехвачена ремешком с золотым витиеватым оберегом, глаза внимательные, с прищуром. Руки сильные, левая перехвачена плотным кожаным обручьем и кольчужной сеткой, чтобы тетива не поранила.

Воин почувствовал слишком пристальный взгляд и обернулся – темно-серые глаза внимательно меня оглядели. Мне показалось, что лучник весело хмыкнул, самым краешком губ. Я покраснела, смутилась и принялась возвращать на телегу раскиданное разбойниками добро.

– Сокол! – повторил воевода. – Скачите вперед с Лешим. Дорогу проверьте, чтобы купцам без опаски далее путь держать было. Мы с вами у Ладоги встретимся.

К лучнику подъехал дружинный с ястребиными чертами лица и черными волосами, собранными в хвост на затылке. Вороной конь под ним бил копытом и кусал удила. Воины перекинулись парой слов и пустили коней вперед по дороге. За ними уехала и остальная часть дружины со своим воеводой Олегом.

– Как ныне сбирается Вещий Олег отмстить неразумным хазарам, – себе под нос пробормотала я. Не думала, что воевода окажется так молод и хорош собой. Интересно, как выглядит Рюрик. Историки бы сейчас удавились от зависти.

Обоз двинулся дальше не сразу. Сперва мужики похоронили павших и перевязали раны тем, кто пострадал. Бабы голосили, купцы хмурились. Я старалась помогать, чем можно было, но дался мне этот эпический подвиг с трудом. Пару раз меня все же вывернуло в кустах. Смотреть на резаные раны от мечей и топоров оказалось занятием не для слабонервных.

В путь мы пустились уже ближе к вечеру. Все шли хмурые и оттого молчаливые. И на ночлег остановились задолго до темноты, благо, еще не закончились светлые северные ночи, и времени на выбор стоянки хватало.

У меня аппетит после утреннего сражения пропал напрочь, но несколько ложек я себя съесть заставила. Дорога оказалась длинной и небезопасной, а силы надо было брать откуда-нибудь.

Ночь раскинулась вокруг тихая и спокойная, но мне не спалось.