Громовое колесо. Каленая стрела

Широкоплечий, темноволосый, с коротко стриженной бородкой и недобрым внимательным прищуром.

– Сами сдавайтесь, не то хуже будет! – вновь потребовал он.

– Он нас что, за разбойников принял? – шепотом поинтересовалась я у Лешего. Тот не ответил, лишь загородил меня собой да саблю перенес в боевое положение, давая понять незнакомцу, что так просто с нами не сладить.

– Сдохнуть захотели? – не спешил успокаиваться воин, верно распознавший движение.

– Глаза раскрой, – негромко, но с хорошо различимой угрозой, произнес Леший.

 – Девка перед тобой. Да и я рази ж на норманна похож?

– А мне то без разницы! Мало ли какого отребья у разбойников не сыщешь. Афиген молвил, вы заодно с ними. Вот с ними же и получите по Правде.

– Ну попробуй нас взять, коли умный такой, – мрачно усмехнулся Леший.

Воин с готовностью кивнул.

– Яромир!!

Мы трое вздрогнули от громкого повелительного окрика – к нам, все еще с обагренным кровью мечом наголо, шел Финист. Русые волосы разметались на ветру, серые прищуренные глаза горели негодованием.

Я почувствовала, как сердце ухнуло в яму и забилось быстро-быстро. Как же безумно я скучала по нему все эти долгие месяцы!

Я даже качнулась вперед. Леший остановил, тихо проговорив мне на ухо:

– Он тебя не помнит, княжна.

И я будто врезалась в ледяную стену. Действительно, не помнит. Только как же унять быстро-быстро колотящееся сердце?

– Княже, – угрожавший нам воин отступил на пару шагов, почтительно склонил голову, прижав руку к сердцу.

– Эти люди под моей защитой, – проговорил Финист, вставая между Яромиром и нами.

– Они – разбойники, – недовольно буркнул воин. – Афиген успел известить. Девка сама ему призналась.

– Неужели? – правитель Арконы перевел не обещающий ничего хорошего взгляд на меня, заметил мое возмущение и сжатые в гневе кулачки, глянул на окаменевшего Лешего. Уголки губ дрогнули в усмешке. Мгновенье, и великий князь вновь развернулся к Яромиру, лишь богатый плащ блеснул самоцветами.

– Я сам порешаю, кто они да откуда.

Не твоего ума то забота, – Финист дождался, пока Яромир неохотно кивнет и уберет меч в ножны, и повернулся к Лешему. – И ты саблю спрячь, воин, пока никого не поранил.

– Ежели ты, княже, сомневаешься в нас, – негромко произнес хазарин, – то могу жизнью своей поручиться: нет ничего меж норманнами да нами. Мы им не друже. Рядом волею богов очутились. Буря наши корабли разметала.

Финист поморщился, но ответил:

– Бурей дядька меня остановить попытался.