Вышивка по ворованной ткани

Всё время просишь солёненького, и какое бы дерьмо ни выкинул, круглишь глаза по пять копеек и сюсюкаешь: «Я так тебя люблю! Какой ты у меня красивый!» И лобызнешь на дорожку, чтоб вся помада осталась на воротнике. Не чуть-чуть, а в полные губы.

Николай пришёл с менее суровым лицом, чем обычно.

– Что ты там плела? – спросил он, закурив.

– Я так тебя люблю, – сказала Валя, чуть не лопаясь про себя от хохота.

Прямо перед ней для убедительности стояла тарелка с нарезанными солёными огурцами. Николай поморщился, глядя на них, и спросил:

– Может, плохо дни посчитала?

– Нет, Коленька, у меня как часы.

– Какого ещё огурчика?! – заорал он. – Ты хоть понимаешь, где я работаю?

– Коленька, какой ты красивый, когда сердишься, – выдохнула Валя, прижавшись и отпечатывая на его воротнике накрашенные губы.

– Сделаешь аборт, как миленькая!

– Врачи запретили: истончённая оболочка матки, нельзя вмешиваться. Я так рада! Говорили, не могу забеременеть, и вот счастье!

– Ты правда дура или прикидываешься? – он был раскалён как утюг, но всё-таки помнил, что ей чуть за двадцать.

– Чем же я дура? Тем, что хочу ребёнка от самого умного, самого красивого, самого любимого?! – вполне искренне изумилась Валя. – Я ради тебя готова работать проституткой в КГБ!

Он пошёл к двери, Валя догнала его, стала целовать.

– Не вытирай об меня свои сопли! – заорал он и тише добавил: – Завтра зайду.

Почему завтра, было непонятно. Видимо, как мелкий гэбист, привык разбивать решение сложных задач на несколько этапов.

Она набрала в телефоне-автомате записанный Валей на бумажку номер и скрипучим старушечьим голосом сообщила жене Николая:

– Здравствуй, доченька, я пожилой человек, не могу больше смотреть на этот разврат, не скажу адрес, где сейчас твой муж, но ты уж обнюхай его, как придёт!

На следующий день Николай позвонил и твёрдым голосом объявил:

– Завтра в пять везу тебя к гинекологу!

И бросил трубку, а Соня снова позвонила его жене из телефона-автомата скрипучим старческим голосом:

– Здравствуй, доченька, мочи нет терпеть, живу над этими потаскухами! Хошь верь, хошь не верь, беременна она от твоего! Они ж, когда на балкон курить выходят, мне все их разговоры проститутские слышны!

– Вы мне адрес, наконец, можете дать? – пронзительно попросила жена Николая.