Анемия

Анника молча всматривалась в разноцветную плитку под ногами. Говорить о своих переживаниях чужому, пусть и священнику, было для неё неприемлемым.

– Это связано с тварями? Вы ведь искали информацию о них.

– Частично.

– Если вы будете держать всё в себе, то сожаления сожрут изнутри. Как часто вы разговариваете с Богом?

– Никогда.

Отец Иоанн замолчал.

– Как я могу разговаривать с ним, если давно стала его врагом? – после этой фразы слёзы скопились в уголках глаз. – Я сама с собой разговаривать не могу.

– У Бога нет врагов! – воскликнул священник, высоко подняв брови от удивления. – Кто вам такое сказал?

– Я это чувствую.

– Не говорите глупостей! Всё, что Он делает, ради вас! Даже если вам кажется, что это не так!

Анника подняла глаза на статую Христа. Свет от свеч придавал его образу строгости и сочувствия. Он, как и Анника, не смотрел на человека. Он будто тоже о чём-то задумался. О тяжёлом. Неземном.

Что это было за существо, которое предложило Анне сделку? Как оно могло выглядеть? Может, это и был Бог?

«Да, не так я его представляла, – подумала Анника.

– Поэтому отриньте эти мысли! Бог даёт испытания, чтобы вы могли познать себя и окружающий мир. Если вам тяжело, значит, вы на правильном пути. И вскоре, вы будете вознаграждены.

– А если я не хочу проходить через эти испытания? Что тогда?

Служитель сжал губы и стал осматриваться по сторонам. Его блуждающий взгляд остановился на небольшой фреске, где изображалась Дева Мария с большим горящим сердцем.

– Видите её? – кивнул в сторону отец Иоанн. – Фреска повреждена. Если стена не обработать должным образом, краска будет плохо держаться и в скором времени вовсе посыпится. Также и с нами. Бог даёт испытания, в которых события подготавливают нас для чего-то великого. Для знаний. Что есть Бог, если не Всезнание и Милосердие?

Последний вопрос Анника повторила про себя. В чём же заключалось милосердие, когда «Бог» отправил её сюда? В эпицентр обращённых и чумы.

– Знаете, мы все виним себя в чём-то, – голос служителя вдруг стал тише. – За то, что сделали. И за то, что не сделали. Нам, людям, свойственно ошибаться. И любую ошибку можно исправить.

– И какую ошибку хотите исправить вы?

Священник легко улыбнулся, но в глазах засверкали слёзы.

– Я бы спас моего Павла, конечно.

– Но, – протянула Анника, не понимая сказанного, – Как же вы хотите исправить эту ошибку?

Отец Иоанн задумался.