Вишневое Послевкусие

 – Зачем мне рассказывать тебе то, что ты и без того прекрасно понимаешь?

По решительности, горящей в его потемневших глазах, я поняла, что Мэлтон собирался ответить ей.

Но его опередил резкий оглушающий грохот битой посуды: Лиз, собрав со стола слишком много, споткнулась о половицу и выронила поднос из рук.

– Bonsang[25 - Франц.: Черт возьми!]! Неужели так сложно ровно ходить, imbеcilemaladroit[26 - Франц.: Неуклюжая ты дурочка.]? – яростно набросилась на нее леди Луиза. Так, словно нашла жертву, чтобы выплеснуть накопившийся гнев: – Если ты не можешь донести до кухни поднос sansriencasser[27 - Франц.

Лиз побледнела и упала на колени, трясущимися руками собирая осколки. Я поднялась с места, но леди Луиза жестом усадила меня обратно. Видно, день у нее не задался с самого утра. Стараясь унять зарождающееся внутри негодование, я с сожалением смотрела на бедную Лиз. Но не могла снова ослушаться.

Однако Эрик правилам не следовал.

Он подскочил с места и услужливо помог девушке собрать разлетевшийся по полу фарфор.

Подоспевшая миссис Перл аккуратно приняла поднос из рук Эрика и увела с собой испуганную и оскорбленную Лиз.

Мэлтон ушел следом на кухню, чтобы вымыть руки, и уже через минуту вернулся.

В коридоре послышались торопливые шаги, и в дверях наконец показался Эрнест.

Я никогда в жизни не испытывала такого облегчения.

Он устало улыбнулся, извинился, поспешно прошел к столу и занял свое место напротив матери, не забыв поцеловать меня в щеку.

– Надо же, а мы вас уже не ждали, лорд Арвель, – иронично почти пропел Эрик, наблюдая, как наполняется вином бокал друга.

Леди Луиза презрительно хмыкнула.

– Вы хотите мне что-то сказать, леди Арвель? – мне захотелось пнуть Эрика под столом за эти слова. Но он, к сожалению, сидел слишком далеко.

– Я воздержусь от комментариев, – категорично ответила она.

Эрнест недоверчиво свел брови и посмотрел на меня. Я растерянно улыбнулась и едва заметно пожала плечами.

Эрнест, как и Офелия, обладал способностью быстро находить нейтральные темы для обсуждений, и к десерту от царившего напряжения почти не осталось следа. Лорд немного рассказал о своей работе, умолчав о повышении, и плавно перешел ко дню рождения близняшек.

– Значит, маскарад, – выслушав оживленную речь Офелии, Эрнест задумался.