Проклятие

Никогда больше? – Клянусь, что каждое мгновение вашего общества будет для меня столь же дорого, как золото, спряденное рукой бога, столь же драгоценно, как мимолетные жизни смертных. Я клянусь, что, даже если вы пребудете рядом со мною целую вечность, мне никогда не надоест смотреть в ваши глаза, полные лунного света, на ваши губы, поцелованные солнцем. Рядом с вами я никогда не буду ощущать себя потерянным, никогда не почувствую одиночества, никогда не изведаю бесконечную муку жизни, не имеющей цели.

Когда вы рядом со мной, я наполнен, и я посвящу всю свою жизнь тому, чтобы любить и дополнять вас.

В какой-то момент его речи рот у Серильды приоткрылся сам собой. Она смотрела на короля, не мигая. Кажется, будь у нее сердце в груди, оно сейчас перестало бы биться. Вокруг них воцарилась полная тишина. Даже крики и рев животных умолкли, когда Эрлкинг произносил эти слова.

Он смотрел на нее, словно ожидая. Но что она должна была ответить? Это была всего лишь насмешка над любовью.

У него не было к ней настоящих чувств. Она для него всего лишь пешка. И тем не менее он говорил так искренне и убежденно, что у Серильды – простой смертной девушки, – невольно закружилась голова от таких поэтичных слов, сказанных голосом, звучавшим как песня, даже когда он произносил жестокие угрозы.

– Вы… забыли выстрелить, – выдавила она.

Сверкнув глазами, Эрлкинг поднял арбалет.

Целясь прямо в нее.

Глаза Серильды расширились.

– Что?..

Тетива громко зазвенела.

Просвистела стрела. Серильда вскрикнула и пригнулась.

Закудахтала птица.

Что-то упало на перила рядом с Серильдой, всего в нескольких дюймах от ее локтя.

Мимо ее лица проплыл клочок серо-коричневых перьев.

Серильда уставилась на мертвую куропатку.

Смех короля эхом отразился от стен замка.

– Мы – муж и жена! Повара – готовьте пир!

Глава 6

Серильде велели подождать, пока ее не позовут, чтобы она и ее супруг могли появиться на празднестве рука об руку – спектакль продолжался.

Серильда не возражала против ожидания. Она никуда не спешила. Все слуги и служанки были заняты приготовлениями к пиру, оставив ее в благословенном, непривычном одиночестве.

Впервые за несколько недель Серильда почувствовала, что может вздохнуть свободно.

Дело сделано.

Она вышла замуж.

Она стала Ольховой Королевой.

Она ощущала не столько облегчение, сколько покорность судьбе.