Супернова

 – Давай попробуем сделать по-твоему, Кошмарик, – она почти уперлась подбородком в чертеж. – Но мы же все понимаем, что твои секреты висят на волоске. Так что мы должны составить план на случай форс-мажора, если тебя раскроют.

Лерой кивнул.

– Я тоже думал об этом. Если Нову раскусят, нам нужно будет уносить ноги, по максимуму уничтожив следы того, что мы вообще здесь были. И так уж совпало, что я работал именно над этим. Коктейль из химических веществ, который уничтожает почти все, на что попадает. Это, по крайней мере, помешало бы Отступникам после нашего бегства рыться в наших вещах.

– Хорошо, – кивнула Нова. – Если придется, возьмем самое необходимое, остальное разрушим и ударимся в бега.

Грохот на втором этаже привлек их внимание к грязному, в потеках воды, потолку. Нова застыла и почувствовала, что остальные тоже замерли. Только Фобия, растворившись в облаке чернильно-черного дыма, ураганом понесся к лестнице. Схватив оружие, какое оказалось под рукой – довольно тупой нож из кухонного ящика, – Нова бросилась следом, за ней Лерой и Хани.

Но в их общей с Хани спальне она увидела одного Фобию, ждавшего ее среди пчел и ос. Насекомые Хани постоянно влетали и вылетали через форточку, которую из-за них всегда держали приоткрытой, даже когда проливные дожди заливали сгнивший подоконник (с приближением зимы такое случалось все чаще).

Фобия, закутанный в плащ, выглядел как черная дыра посреди комнаты. Стоя лицом к туалетному столику Хани, он лениво крутил рукоять косы костлявой рукой.

Ступив на потертый ковер, Нова остановилась. Рядом тут же оказались Хани с Лероем.

На туалетном столике все вроде бы осталось нетронутым, хотя сказать наверняка было сложно, ведь на нем царил обычный беспорядок. Там, среди разбросанной косметики и бижутерии стояла стеклянная банка с завинчивающейся крышкой. Раньше в ней хранились заколки для волос и непарная сережка со стразами. Теперь внутри жила бабочка-данаида, висевшая на крышке вниз головой. На стенках банки виднелись следы пыльцы с ее крылышек – бабочка пыталась вырваться.

А над крышкой вились четыре желтые осы, пытаясь добраться до вкусной закуски внутри.

Но внимание Новы привлекли не бабочка и не безделушки Хани, а зеркало, в котором отражались их ошеломленные лица. Черным маркером крупными печатными буквами на его поверхности была выведена надпись:

Едва Нова успела осознать угрозу, как Лерой прошел мимо нее и, высунув голову в окно, оглядел двор и переулок за домом.