Пантир

Однако этот случай был особенный: он заснул в таверне, где может отдохнуть без опаски, насладиться редкими минутами покоя и уюта. В других случаях он бы тоже предпочитал отдыхать здесь, но подвергать опасности Ортивольда он не смел. Его, как доппельгангера, не принимало общество, считало ошибкой, чудовищем, что должно быть за стенами, с другими монстрами. И, если наёмник, за которым всегда тянется полоса крови, будет часто наведываться в одно место, это вызовет подозрение к хозяину таверны в укрывательстве преступника.

Наёмников не жаловали в приличных местах: их боялись, ожидая удара в спину. Нельзя быть уверенным, зачем человек пришёл: выпить стакан хмельного, снять комнату или же выполнить один из множества незаконных заданий. Тем более не жаловали тех, кто наёмникам помогает от чистого сердца, даёт кров и еду.

И хотя Арчивальда не особо беспокоило то, что может о нём подумать общество, Пантир не желал злоупотреблять его добротой. А также, несмотря на дружбу, хозяин таверны все равно требовал плату за комнату и еду.

Окончательно из мира грёз наёмника вывел очередной стук в дверь. Тихо выругавшись, Пантир с неохотой встал и, спрятав в рукаве небольшой метательный нож, открыл дверь.

– Та-дам! – ворвался в комнату Арчивальд с большим подносом еды. – День близится к концу, а потому я, как твой верный и любимый друг, пришёл разбудить тебя.

– Очень мило, – процедил сквозь зубы Пантир.

– Так ответь, о дорогой друг и гость, будешь сейчас трапезничать, али мы подождём твою спутницу?

– Что?

Пантир обернулся.

Комната была пуста. Лилит, которая, как он считал, должна сидеть и наблюдать в окно за оживлёнными улицами столицы, бесследно пропала. И пропажу он заметил только сейчас.

– Где она?

– Хм, – Арчивальд недолго чесал подбородок, изображая раздумья. – Её здесь нет.

– Где она? – схватил Пантир юношу за грудки.

– Она вышла. Ох, как горели её глаза! Словно маленький ребёнок, что идёт навстречу неизведанному миру!

– Как ты её отпустил? Куда она ушла?

– Почему я не должен был её выпускать? Установок никаких не было.

– Проклятье!

Выругавшись, Пантир поспешил прочь. Наступал вечер, и улицы становились опаснее с приходом темноты. Он не мог позволить, чтобы девушка, которую по контракту должен защищать, пострадала. Нужно было её найти как можно скорее.

Арчивальд, проводив взглядом наёмника, вздохнул. Закрыв комнату на ключ, он выругался:

– Мог бы и сам дверь за собой закрыть.

Полумрак окутывал улицы.