Параллельные миры Фритвома

– Что это? – командир выбежал из столовой и ринулся в рубку, за ним бежали все члены экипажа, кроме Евы, она вышла из кают – компании и медленно двинулась в лабораторию. Ей было обидно, как с ней разговаривал командир, надменно и уничижительно.

– Добрый вечер, – сказала девушка, входя в лабораторию, светящиеся мыши подросли и уже не вмещались в клетку. Ева пересадила нескольких особей в другую клетку, она обратила внимание, что у мышей затвердела кожа, она была словно из железа, пластинчатая. Она долго держала мышку в руке, ощущая холод её кожи.

– С мышками происходят непонятные какие – то изменения, ясно, что они происходят из – за таблеток, которые давал «другой Николай», но что с ними будет дальше? Собачка Барс, мешалась под ногами, она ходила за Евой, слегка скулила, будто что – то рассказывала.

– Барс, я ничего не понимаю, давай отложим разговор до завтра, а сейчас мне надо поспать, – Ева вышла из лаборатории, по коридору бежала Галина, она была встревожена.

– Ева, ты где бродишь? Наш звездолет опускается под землю, будто под ним мягкая и топкая почва.

– Мы больше не можем медлить, нужно улетать на орбиту, иначе мы имеем возможность остаться здесь навсегда, – веско сказал капитан, вид его был серьезный и непоколебимый.

– Все по местам, через 5 минут взлет.

– Командир, но у нас нет транспорта спускаться на поверхность с орбиты. Если мы сейчас улетим, то нужно будет возвращаться на Землю не выполнив приказа.

Первухин колебался, ждать дальше было опасно, но и возвращаться с пустыми руками не хотелось.

– Хорошо, остаемся, но что будем делать если звездолет совсем уйдет под землю?

Видимо дальнейшее опускание звездолета не входило в планы противника, так как процесс прекратился.

– Завтра начнем разгрузку и сборку базы, а на сегодня хватит приключений, всем отдыхать. Иван сегодня твоя ночная вахта.

– Есть, командир.

Ева шла по коридору и думала о своем, о том, что слава богу все обошлось, что надо надеяться на лучшее, что завтра будет лучше, чем вчера.

– Ну, что, героиня, может пойдем ко мне и отметим наше чудесное спасение? – Ева оглянулась, конечно, это паяц, Николай.