Кому нужна твоя правда?

Редко такое ставит, но ставит.

– А что это?

– Расшифровывается, как «Кому Нужна Твоя Правда?» В том смысле, что некоторые вещи, может, и правильные, технически подходящие, не пойдут для печати в газете.

– Почему?

– Потому что собственник газеты не хочет заниматься бессмысленным правдорубством и наживать в городе врагов. Он не Вирхольм.

– А зачем вообще газета, если не писать правду?

Плашкин вздохнул, не найдя что сказать. Или просто не посчитал нужным отвечать на столь наивный вопрос.

В дверь без стука заглянул Кулик.

– Плашкин, давай ко мне на ковер, – кивнул он. – Подумаем, как ответ писать Роскомнадзору.

– Вот, кстати, собственник, его и спрашивай, почему «КНТП», – облегченно указал на Кулика Плашкин, намереваясь ретироваться, раз представился удобный случай. Узнав причину интереса, Кулик только рассмеялся.

– Так ты сам мне и ответь – кому нужна твоя правда? А?

– Людям, – просто сказал Шурик. Кулик шумно вздохнул.

– Всегда и везде правда была полезна одной части людей, и не полезна другой.

Мы – полезное издание для всех наших читателей. Мы даем им информацию о жизни города, где проходит ярмарка, где дешевле продукты, где лучше лечат и куда сходить с детьми в выходные. Большего нам не нужно.

– А вот если коррупция и…

– Большего нам не нужно, – повторил с нажимом и медленно Кулик. – Ты хочешь назвать вора вором и взяточника взяточником? А кто тебе давал на это право? Ты следователь, судья или прокурор? Вот пусть они этим и занимаются.

– Ну вот Иваныч к примеру, Белибок, вот он точно вор, я по роже вижу, я же на него работал! – оживился Тонов.

– А когда он тебя на суд притащит, судья спросит доказательства, что он вор – ты его рожу в качестве улики покажешь? Или свои смутные подозрения? Ты думаешь, я не хочу правдорубством заниматься, потому что боюсь кого-то? Нет, потому что это абсолютно бессмысленное дело. Тем более, перед кем мне геройствовать, перед этими… людьми? Ты их вообще видел, какие они сюда приходят? За правдой что ли? Да они прибегают, чтобы первыми свою позицию изложить, прежде чем другая сторона прибежит их хаять.

А мне не нужна правда ни тех, ни этих. Я тридцать лет в газете работаю, и скажу прямо – идут сюда с жалобами только отменные уроды. Попадаются нормальные люди, но в основном лживые уроды. Вон, Плашкин, расскажи хоть про вчерашнюю старушку.

Плашкин, который уже навострился исчезнуть, застуканный на полпути к выходу просьбой собственника газеты, с неудовольствием поморщился.