Двериндариум. Живое

– Настоящий пир, – Кристиан вдруг оказался за моей спиной, совсем близко. Заглянул через плечо в шкаф, ловко вытянул с полки сыр, развернул тонкий пергамент. Откусил кусок и протянул мне.

Я демонстративно подняла брови.

– Господин Левингстон, вы предлагаете мне грызть этот кусок, словно я голодная амбарная мышь?

– Нет? – Кристиан повторил мой трюк с бровями.

Я вздохнула, отобрала у него сыр и впилась в него зубами.

– Сухой и гадкий, – проворчала я, хотя угощение было вполне сносным. Закусила хлебом и снова отдала сыр Крису.

Выпив молока, Кристиан отставил бутыль и сказал:

– Ты меня спасла, Иви. А ведь это я обещал тебя защищать. Ты невероятно смелая. И самоотверженная. Я… не ожидал.

– Думал, брошу тебя умирать и сбегу?

Он глянул искоса. Да, похоже, именно этого он и ожидал.

– Ты совсем другая, – задумчиво произнес он, и я испугалась.

– Ты ведь отдал мне защиту, – пожала я плечами, пытаясь выглядеть беззаботно. – Если бы не отдал мне свой доспех, зверь не смог бы причинить тебе вред. Кстати, не подскажешь, как заиметь такой же?

Февр улыбнулся краешком губ и взял мою руку, отодвинул манжету, глядя на метку Мертвомира.

– Мне понадобилось два года, чтобы научиться придавать теням форму. Поначалу я умел лишь притягивать тьму.

Он снова улыбнулся, а я ахнула, потому что темные пятна, лежащие по углам, потянулись к нам и обвили наши ладони.

– Здорово! – восхитилась я, пытаясь не думать о том, что Кристиан так и не выпустил мою ладонь. И что прикосновение тени слишком похоже на ласку.

Я сглотнула и сама убрала руку. Кристиан вскинул голову, обжег взглядом.

– А мой Дар – это лишь гадкий цвет волос, – проворчала я, пытаясь разрядить обстановку.

– Мне всегда нравились темноволосые девочки, – насмешливо произнес февр.

Ну да, помню. Ливентия, например!

– Твой Дар, возможно, еще проявится, – утешил Крис. – Порой на слияние уходит много времени. А иногда выявить новые способности довольно сложно. Мои когти проявились сразу, как только я закрыл Дверь, а вот чтобы распознать умение притягивать и формировать тени понадобилось несколько месяцев. Чтобы узнать, что у меня есть нечеловеческая скорость, надо было побежать.