Лабиринт

Жмурясь с непривычки, мистер Смит попытался поднять руку и это у него получилось. Он провел дрожащей рукой по лицу и, вытерев наполненные слезами глаза, увидел склонившегося над ним Уилсона.

Ну вот и хорошо! ? улыбаясь заговорил тот. ? Вот вы и пришли в себя, дорогой мой мистер Смит. Очень вы нас напугали, но, хвала небесам, все обошлось!

Уилсон сидел на стуле возле кровати, на которой, как оказалось, лежал старик.

Где я? Что случилось? ? прошептал Смит, пытаясь совладать со своим голосом, который звучал тихо и непривычно после долгого молчания.

О, дорогой вы мой, с вами случился удар, как сказал доктор. Мы думали, что потеряем вас, но, к счастью, вы живы и обязательно поправитесь! ? весело ответил Уилсон, внимательно глядя на приходящего постепенно в себя Смита.

Удар? Но, как же это, мистер Уилсон, я ничего не помню. Как это произошло?

Мистер Смит попытался приподняться на постели и сесть, но тело, занемевшее от долгой обездвиженности, плохо его слушалось и он, ослабевший и изможденный, рухнул на кровать, застонав от бессилия.

О, даже не думайте вставать, мистер Смит! Доктор категорически запретил вам любые движения. Он, кстати, не верил, что вы придете в себя, но, объяснил, что мы должны будем сделать, если все же это произойдет. Вы теперь под полным моим контролем и будете выполнять только то, что я вам скажу! И не думайте сопротивляться!

Уилсон, глядя на беспомощного старика, пытался искренне улыбаться.

Ваша дочь… ? он не успел договорить, как мистер Смит, резко вскочив с подушки и упав на нее вновь, почти прокричал:

Элиза, что с ней? Где она?

Успокойтесь, мистер Смит, успокойтесь.

Но, почему ее нет рядом? Что с ней, Уилсон?

Старик лихорадочно обвел глазами комнату и тут только понял, что находится у себя дома, в своей собственной кровати. От удивления он некоторое время не мог прийти в себя, и тысячи вопросов закружились в его голове.

Он вспомнил, как они с дочерью ехали в карете на встречу с графиней и как лил сильный дождь, он вспомнил как они шли по старой аллее и как он не мог докричаться до уходящих от него Уилсона и Элизы.

И в тот самый миг, когда он вспомнил все, что произошло с ним, он вновь почувствовал дикий животный страх, такой же, что накрыл его тогда, на темной аллее старого имения.

Где Элиза? ? сдавленным голосом прошептал Смит, глядя в глаза улыбающемуся Уилсону.