Все средства хороши!

А я, умная, талантливая, умеющая быстро оценить ситуацию и принять правильное решение, его не знала.

– Оставим, – она разрядила обстановку. – Так. Пару недель назад у нас в офисе стали происходить странные вещи. – Ольга потерла виски. – Сначала мы, я имею в виду себя и Женю, не придали этому особого значения. На рынке сейчас конкуренция.

– На розовом?

– Танечка, я верю, что у вас есть чувство юмора. Не надо.

– Хорошо.

– Вот, конкуренция. Решили, что конкуренты развлекаются.

– Раньше такое бывало? – прервала я ее.

– Да, пару раз пугали, пытались изнасиловать дочку курьера. Ей, по-моему, восемь или девять лет. Она едва не умерла. А больше ничего особенного.

– Понятно, – действительно, что здесь для них особенного.

– Вот. Но обычно угрозами все и заканчивалось. Недавно кто-то был в этой конторе после закрытия. Сигнализации нет – бедность, – Ольга для наглядности развела руками, причем массивное кольцо с бриллиантом и браслет тончайшей работы (уж в этом-то я разбираюсь) явно свидетельствовали о полном упадке ее финансов.

– В милицию обращались?

– Танечка, опять вы демонстрируете свой тонкий юмор и блестящую эрудицию.

– Извините.

– Ключи от двери есть у шести человек, помимо, конечно, меня и Жени.

– И вы хотите…

– Да.

– Ха, – впервые за весь разговор я позволила себе не сдержаться. – Поди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что.

– Отнюдь нет, – спокойно возразила Ольга. – Подозреваемых всего шестеро.

– Ключи были у восьми.

– Вы полагаете? – Ольга улыбалась, но глаза стали злыми и прозрачными, как у Авдоева.

– Не надо нервничать. Вы мне ничего не рассказали и хотите, чтобы я работала без информации.

– Я вам заплатила.

– Этого мало, – возразила я и встала.

– Сядьте.

Я села, готовая в любую минуту подняться.

– Не могу я вам всего сообщить, – Ольга говорила грустно. – Давайте, вы попробуете как-нибудь…

Еще секунду назад я твердо решила уйти, но теперь голос Ольги, ее поникшие плечи, потухшие глаза дали понять, что проблема действительно очень серьезная. Вспомнились кости. Ведь они предсказали мое согласие, а наперекор им я никогда не шла.

– Хорошо, я попробую.