Все средства хороши!

Они грабили, убивали, резали, насиловали, уничтожая веру в справедливость, запугивая людей или превращая их в себе подобных. Я была по другую сторону баррикады. Я стремилась восстановить закон и порядок, хотя моих силенок для этого никогда не хватит, и я знаю об этом, но все же. Все же…

Мы не понравились друг другу. Но дело есть дело.

– Таня… вы разрешите вас так называть? – мягко поинтересовалась Кирич и, дождавшись моего утвердительного кивка, продолжила: – Я для вас, разумеется, просто Ольга. Идет?

– Да, конечно, – я была сама любезность.

В дверях возникла секретарша.

– Кофе, – коротко, даже грубо бросила Ольга.

– Сейчас, – сказала та и так же бесшумно исчезла, как появилась.

Кирич прервала мою попытку заговорить.

– О делах после.

– Хорошо, – в конце концов, платит она, почему бы и не подождать?

– Много мороки с розами? – спросила я, стараясь поддержать разговор.

– И не говорите, – Ольга махнула рукой.

– Прибыль?

– Только, что с голоду не умираем.

– Что за люди работают?

– Да так, шушера: сплошные алкоголики и ворюги.

– Платите регулярно?

– Хотите поменять профиль?

– А возьмете?

Ольга рассмеялась. Разговор получался интересный.

– Такие сотрудники у нас на вес золота.

– Я подумаю.

Нам принесли кофе, причем довольно неплохой.

– Давно директором? – спросила я, отхлебывая из чашки.

– Я? – Ольга вроде удивилась, но, посмотрев на меня внимательно, решила комедию не ломать. – Лет шесть, наверное, может, больше.

– Не боитесь?

– Что розы перестанут пользоваться спросом?

– Нет, что в тюрьму посадят?

Ольга не ответила.

Странный диалог. Собеседница практически не отвечала на мои вопросы.

– Еще по чашке?

– Нет, спасибо.

– Приступим?

– Если можно, – я приготовилась слушать.

Вновь возникла секретарша. Видимо, кнопка для вызовов была вмонтирована в крышку стола.

– Ко мне никого не впускать. Ясно?

– Да.

Ольга проследила за ней глазами и повернулась ко мне.

– А не боитесь?

Вопрос застал меня врасплох, хотя я сама себе его несколько раз задавала.

Боюсь ли я? Впутываться в грязную историю, быть убитой, опозоренной? Да, я нормальный человек, женщина, конечно, боюсь. Так что меня на это толкает? Деньги, честь, долг? Желание казаться всемогущей? Любовь к себе? А может, страх? Страх оказаться беспомощной в подобной ситуации. В качестве жертвы. Я для себя это не решила. До конца не решила. А надо бы.

Ольга ждала ответа.