Тур в никуда

Плотный слой дыма и царивший в клубе полумрак не позволяли толком разглядеть оттягивающуюся публику.

Я подошла к танцполу, который представлял собой круговорот молодежной тусни. Моему взору предстало множество оголенных спинок, животов и тугих попок, затянутых в джинсы. Их обладатели дергались в такт музыке, бешено потрясая головами. Позади танцпола находилась небольшая эстрада, на которой наголо бритый певец в темных очках пел песню о том, как он последовательно расчленял свою девушку электропилой.

Песня закончилась, и зал буквально взревел от восторга. По эстраде заскользили лучи прожектора.

Поклонницы завизжали и запрыгали. Среди девиц я увидела Елизавету. Она тоже увидела меня и, прорвавшись сквозь беснующуюся толпу, бросилась к певцу.

Новохатская, демонстративно взглянув на меня, прижалась к певцу и обняла его за шею.

Он, в свою очередь, обнял девушку за талию и коснулся губами ее щеки.

Я подошла к ним и тронула Елизавету за плечо.

– Нам надо поговорить, – решительно сказала и повернула девушку лицом к себе.

– Мне не надо, – сказала Новохатская и передернула плечом.

– А мне надо! – тоном, не терпящим возражений, сказала я.

Елизавета скривилась, как будто бы съела лимон, но повиновалась и нехотя поплелась за мной.

Мы прошли в туалет. Около одного из умывальников стояли две девицы, и одна из них аккуратно высыпала на крышку пудреницы белый порошок.

«Ну, конечно, кокаин», – подумала я.

– Елизавета Георгиевна, – я решила придерживаться официально-вежливого тона, хотя у меня просто руки чесались наподдать ей как следует, – вы ведь уже вполне себе взрослая девушка.

– А мне плевать! – с вызовом сказала Новохатская. – И не надо мне читать нравоучения, а то я подумаю, что вы не телохранитель, а из детской комнаты милиции.

– А, ну хорошо, сейчас я наберу Георгия Валентиновича и сообщу ему, где мы в данный момент находимся. – Я с готовностью вытащила из сумки сотовый.

– Стойте, подождите, не надо, – заволновалась Елизавета.

– Так мы едем в аэропорт? – спросила я.

– Да, – чуть слышно ответила Новохатская.

Она первая вышла из туалета.