Смертельное лекарство

 – Сказали, что получили от вас несколько партий техники.

– Правда? – удивился он – Может, это через Митрохина проходило? У нас, по правде сказать, дело идет неважно. Сколько я здесь сижу, еще ничего не продали. И покупатели не приходили. Вы первая.

– И давно вы здесь работаете? – поинтересовалась я.

– Третий месяц. Я поначалу все ждал, что кто-то придет, каталоги вон приготовил, – он кивнул на задвинутый в угол столик, на котором действительно стопкой лежали специальные издания – кажется, их успел покрыть изрядный слой пыли.

– А что – звонят?

– Очень редко. Мне шеф дал точные инструкции, как на какой звонок отвечать. Чаще всего следовало отвечать, что его самого нет и неизвестно, когда будет.

Чем дальше во времени отходила игра, от которой я оторвала этого парня, тем охотнее он говорил и тем больше походил на нормального человека. Как видно, он сильно одичал в пустой комнате детского сада, ему хотелось выговориться.

– Иногда звонят и не спрашивают его, а сразу диктуют, что ему передать. Какие-то шифровки, ничего не поймешь. Это надо передавать ему сразу – разыскивать по домашнему телефону или по пейджеру и передавать.

– А что за шифровки?

– Там только цифры – ну, например, «два от третьего седьмому по триста пятьдесят шестнадцатого».

– А кто такой Митрохин?

– Это компаньон шефа. Я его всего один раз видел – они вдвоем сюда зашли, закрылись в кабинете, – парнишка кивнул на дверь второй комнаты, – часок поговорили и ушли.

– А ты хоть знаешь, что твоего хозяина арестовали?

– Что?! Правда?! – Его изумлению не было границ. – Так вот почему вчера с обыском приходили!

– Вчера?

– Да, двое. Показали какую-то бумажку, вроде ордера.

– Может, постановление?

– Да, правильно, постановление. Открыли кабинет, все там осмотрели… Только ведь там нет ничего, я знаю. У него и стол пустой – я как-то раз дискету чистую искал, залез.

– Бутылки?

– Нет, он не пьет. Эти, – он засмущался, – их еще изделиями называют…

Я догадалась, о чем идет речь.

– Ну и что, ты об обыске-то шефу постарался доложить?

– Конечно. По телефону никто не отвечает, и с пейджера никто не звонил. Но такое бывало – он иногда исчезал дня на три-четыре.

Я во все глаза глядела на своего собеседника.