Двергурим

Но вынужден вас уведомить, и, надеюсь, вы понимаете, Дагна Тяжелый Молот, что вам следует воздержаться от попыток покинуть город. Мне жаль.

Об этом можно было и не говорить, подумал Дагна, снова склонив голову.

Остаток дня он был намерен посвятить отдыху, тем более, что у него оставалось еще немного денег, а вопрос с заработком и харчами неожиданно отошел на второй план, пусть и совсем не так, как он планировал.

***

На следующий день, прибыв на площадь чуть раньше полудня, Дагна отметился у писаря и, получив клочок бумаги с единственной надписью «13/9», он, за неимением других дел, стал рассматривать остальных участников полка графа Аргайла.

За спиной дварфа раздался цокот копыт и лязг доспехов.

Дагна повернулся как раз вовремя, чтобы в последний момент поймать летящие ему в лицо поводья.

Спрыгнув с коня, человек подошел к писарю, размашисто поставил подпись, подождал, пока тот выльет маленькую лужицу воска рядом с ней, и сделал оттиск своей печаткой. А затем вальяжно прошествовал к «Мрачной Деве».

– Ничего не забыл, сэр рыцарь? – окликнул его дварф, все еще державший в руках поводья.

– Привяжи у коновязи. Благодарю.

– Ты, вероятно, ошибся, я не…

– И не вздумай трогать мои вещи, – крикнул он, не оборачиваясь и уже переступая порог трактира.

«Катись ты в бурую шахту, – раздраженно подумал Дагна и, бросив поводья, хлопнул коня по крупу. – Ищи сам теперь свою клячу, где хочешь, медь тусклая».

***

Какое-то время новоприбывшие люди подходили к столу с клерком, записывались и получали свои номера, а затем, когда поток новобранцев иссяк, служащий быстро заполнил несколько листов пергамента и передал его графу Аргайлу.

– Господа виконты, прошу подойти ко мне!

Десять человек в полном боевом облачении приблизились к графу и склонились в поклонах.

– Разбирайте бойцов!

– Будет сделано, милорд Аргайл! – они разошлись широкой редкой цепью вдоль площади.

– Стройся! – гаркнул адъютант графа. – Сейчас господа виконты будут называть номера, которые записаны первыми на ваших жетонах! Когда слышите свой номер, отправляетесь к назвавшему! Все ясно?

Нестройный гул согласия прокатился по толпе.