Старые амазонки

Она же хочет, чтобы нашли ее убийцу?)

– Спасибо тебе за информацию. Мне пора. Если у меня будет что-нибудь, я оставлю записку в двери. Или, может, мне лучше звонить тебе к родителям?

– Лучше к родителям. Боюсь, что сюда я пока ходить не буду. Уж очень здесь пусто и тоскливо.

– Ладно, как хочешь. Пока. Да, последний вопрос. Ты говорила про Светлану Васильевну. Это ее подруга?

– Да.

– А кто была другая подруга?

– Другую звали, вернее зовут, Зоя Борисовна.

– А она где работала?

– Медсестрой, только не знаю, в поликлинике или в больнице.

Она и сейчас делает уколы. Ее часто зовут. Баба Маша даже жаловалась мне по этому поводу. Возмущалась, как все любят на халяву.

– А почему на халяву?

– Она почти ничего не берет. По крайней мере, если приглашать из больницы, то выйдет гораздо дороже.

– Ну вот теперь совсем все. Прощаюсь окончательно.

Я вышла на площадку. Что-то уже проблескивало, но как это было еще далеко…

* * *

Я поднялась к себе, еще не решив, что делать дальше: съездить к Васе или заняться опросом местных пенсионеров.

Но едва я открыла дверь, как в комнате зазвонил телефон. Это был Мишка.

– Тань, ты где ходишь?

– Я опрашиваю население.

– Тебя что, внучка наняла или ты бескорыстно помогаешь правоохранительным органам?

– Вариант номер один.

– Ясно. Ладно, ты, как всегда, права. Наша бабушка не такая уж и «одуванчик». Если только новый сорт не вывели, с колючками.

– Что-нибудь узнал?

– Так, самую малость. У Марьи Николаевны не было родственников ни в Саранске, ни в каком другом городе нашей необъятной родины.

Все умерли в войну. Она была младшая в семье. Поэтому, может, и уцелела.

Насколько я привыкла ко всякого рода неожиданностям, но на минуту просто потеряла дар речи.

– А куда же она ездила? – глупее вопроса задать было нельзя – я сама это поняла и тут же задала новый: – А как насчет вскрытия?

– Пока ничего, но теперь будет побыстрее, я сам этим займусь.

– Чем, вскрытием?

– Очень смешно.

– Так когда же будут результаты?

– Я думаю, часа через два.

– Хорошо, я тебе позвоню. Или ты звякни, если что-нибудь узнаешь.

– Что тебе звякать, когда тебя никогда нет на месте.

– Я всегда на месте.

– Ладно, меня вызывают, звони. Пока.

– Пока.

Еще одна проблема прибавилась. Куда же это наша бабуля исчезала? А может, на самом деле к жениху? И нечего голову ломать. Проникнуть в ту третью комнату стало просто необходимо.