Принесенный ветром

Небось теперь надо мной смеется.

Какие у меня ценности? Да шуба вот хотя бы, почти новая! Всего-то одну зиму и проносила. И зачем только я ее на вешалке всю весну мариновала? Надо было давно в шкаф упаковать. И та девица странная на нее не пялилась бы.

Я внезапно остановилась перед своей дверью. Кстати, зачем она приходила ко мне? Что ей было нужно-то? Зачем она врала, что племянница Марины Васильевны?

Толкнув дверь, я вошла в прихожую. Шуба преспокойно висела на вешалке, дубленка с куртками – тоже.

Дверь ванной распахнулась, и оттуда, слегка прихрамывая, вышел Олег. Его джинсы были мокрыми, зато лицо сияло.

– Принимай работу, хозяйка. Подлатал я твой кран. Но слесаря ты все равно позови, в любой момент может опять потоп приключиться. Нет у тебя нормальных инструментов, Татьяна, а это, – Олег пнул ногой коробку, – металлолом. Я там прокладку заменил.

– Спасибо, – искренне поблагодарила я. – У тебя джинсы мокрые.

– Ерунда, через полчаса высохнут. Джинса быстро сохнет. Слушай, Тань, а у тебя пожевать чего не найдется?

– Найдется.

Пошли на кухню.

Так уж и быть, накормлю, раз кран починил. Да и самой не мешало бы что-нибудь съесть, со вчерашнего вечера во рту у меня маковой росинки не было. Даже кофе выпить не успела, благодаря тому же Олегу.

Я подхватила со столика чашку с остывшим кофе, вылила его в мойку и вынула тарелки и вилки.

Стрелки на часах приближались к трем. А в шесть у меня, то есть у Ольги Бобровой, интервью с олигархом Жучкиным.

Я сообщила об этом Олегу, намекая, что скоро ему придется прервать свой визит. Ишь, пригрелся, смотрит на меня своими загадочными синими глазами, будто сытый кот! Положив на тарелку обглоданную куриную косточку, он аккуратно вытер губы и пальцы бумажной салфеткой и произнес:

– Понятно. Значит, ты, Таня, журналистка.

– Не совсем. И вообще, это первое интервью в моей жизни. Надеюсь, что последнее.

– Почему надеешься?

Пришлось подробно рассказать ему про Ольгу и ее поручение.

Олег внимательно выслушал, а потом объявил:

– Знаешь, я, пожалуй, поеду с тобой.

– Это еще зачем?

– Затем, что я профессиональный фотограф и могу сделать для твоей Ольги классные снимки. И у меня отличная фотокамера. Только она в сумке осталась, а та, как тебе известно, в камере хранения. Времени у нас полно, так что ты пока красоту на личико наведи, а я за сумкой сгоняю, туда и обратно, – он собрал грязную посуду со стола и отправил все это в мойку.