Праздник теней

Посмотрев мне в глаза с обезоруживающей простотой и смелостью, она улыбнулась и протянула мне руку:

– Андрей Николаевич меня предупредил, что вы хотите со мной поговорить о Марике. Давайте знакомиться – меня зовут Софья Владиславовна. К сожалению, Игоря Викторовича дома нет – он на работе.

И тем не менее я почувствовала, что она напряжена. Ее можно было понять: я вторглась сюда без приглашения. Вряд ли ей могло быть понятно, почему мне захотелось появиться здесь. Она смотрела на меня приветливо, но ожидая удара.

Я улыбнулась ей. Моя улыбка немного сняла напряжение. Я сказала:

– Оказывается, родной Тарасов иногда способен заставить поблуждать. Я нашла вас с трудом.

– Я сама путаюсь в одинаковых домах, – призналась она с вежливой улыбкой.

– В этом нет ничего странного.

Лед, кажется, тронулся. Мы посмотрели друг на друга с интересом. Она поняла, что я пришла не из праздного любопытства.

* * *

Меня пригласили войти. В комнате было огромное количество книг. Пространство, не заполненное книгами, было отдано картинам и иконам.

Я сразу почувствовала замечательный запах. Пахло уютом, любовью и теплом. В этом доме хотелось остаться подольше, если бы не примешивающийся к обычному аромату отвратительный вкус принесенного чьей-то злой рукой горя. Меня довольно трудно обмануть – в улыбке Софьи Владиславовны присутствовала горечь. Ее глаза, обведенные темными кругами, свидетельствовали о бессоннице.

Марика не нашли. Отчего же тогда они предпочитают справляться со своим горем сами? Что их так напугало? И – кто их напугал?!

* * *

Софья Владиславовна рассказывала о Марике медленно, слова давались ей с трудом.

Мы сидели с ней на кухне и пили замечательный чай с необычным цветочным привкусом. Я пыталась разговорить Софью, убедить ее в том, что незачем бояться киднепперов. Из своей практики я знала, что они трусы. Но трусы – самые опасные люди. Именно от них можно ожидать любых неприятных поступков. Говорить об этом мне не хотелось. Зачем пугать человека, и без того напуганного? Софья слушала меня молча. Она не знала, как ей следует поступить.

Выгнать меня? Может быть, ей этого и хотелось. С чего бы это ей доверять молодой даме с огромным апломбом, пытающейся доказать ей собственную полезность? Я и сама пока не очень уверена, что смогу отыскать ее ребенка. А уж ей-то сомневаться в моих силах сам Бог велел…

Сказать, что не нуждается в моих услугах? Но она в них нуждалась.