Последняя ночь Клеопатры

Простите, а как… как была убита Лиза? – вдруг спросил Мартыненко.

– Ее ударили в висок, – кратко ответила я, не вдаваясь в подробности.

– Вы сказали, что это произошло позавчера? – спросил он.

– Да, именно так. Примерно около одиннадцати часов вечера.

– Но ведь… Я же звонил ей как раз в это время, о котором вы говорите! – воскликнул он.

– Это точно? – усомнилась я.

– Точнее быть не может! Правда, Лиза сказала, что долго говорить она не может, потому что какие-то там важные дела ей нужно было завершить.

Ну, тогда я быстро свернул разговор и решил сообщить по электронке, что приеду в Тарасов.

– Скажите, Олег Ярославович, а в каком состоянии была Елизавета Максимовна во время телефонного разговора? – спросила я.

Он недоуменно посмотрел на меня.

– Я имею в виду, была ли она подавлена, расстроена или, наоборот, выглядела радостной, веселой? – уточнила я.

– Ах, вот вы о чем. Да, пожалуй, можно сказать, что Лиза была возбуждена, но с радостным состоянием это не было связано, на мой взгляд.

Она что-то там начала говорить по поводу своего переменчивого настроения, но потом, как я уже сказал, быстро свернула наш разговор.

– У меня к вам будет еще один вопрос. Может быть, Елизавета Максимовна сказала или намекнула, с кем в данный момент она находится, кто рядом с ней? Ну, с кем она завершает свои важные дела?

– Я вас понял. Но, к сожалению, ничего определенного Лиза тогда мне не сказала. Из нашего с ней короткого телефонного разговора нельзя было понять, одна она или с кем-то.

Хотя… Постойте-ка, ведь Лиза упомянула о каком-то докторе.

– А что именно она сказала вам по этому поводу? – уцепилась я за призрачную ниточку.

– Да, собственно, ничего определенного.

Мартыненко пожал плечами.

– Вспомните, пожалуйста, Олег Ярославович, – попросила я, – это очень важно для расследования. Может быть, Елизавета Максимовна говорила о своем нездоровье, то есть о проблемах со своим здоровьем? Или, возможно, она назвала профиль специалиста? Например, невролог, ортопед или еще кто-нибудь?

– Мм… Вроде бы Лиза упомянула невролога.

Или психолога? Вы знаете, я никогда не запоминал названия всех этих специальностей. Помню только, как называется мой специалист – гастроэнтеролог. Как говорится, у кого что болит, тот о том и говорит, – он невесело усмехнулся.

– А что, у Елизаветы Максимовны раньше были проблемы с… нервами? – осторожно спросила я.

– Вроде бы были, но я не совсем уверен.

– Я вас поняла, Олег Ярославович, – сказала я.