Нокаут по наследству

 – А вы, полагаю, ради компании сюда явились?

Миша резко поднялся с дивана, шагнул к Кларе Николаевне. Она инстинктивно сделала шаг назад.

– Михаил Фрудберг, нотариус. В данный момент работаю на Инессу Локтеву. Помогаю разобраться в тонкостях делопроизводства, планирую вместе с ней обойти все «подводные камни», соблюсти формальности и не напортачить.

Клара Николаевна осторожно протянула Мише руку. Он поднес ее к губам и, улыбаясь, выпрямился.

Бедная женщина не знала, как на это реагировать. Миша конкретно переигрывал.

Надо было срочно отвлечь ее внимание на себя.

– А я Таня, – представилась я.

– Нотариус? – с сомнением в голосе переспросила Клара Николаевна, осмотрев Мишу с ног до головы. – Вы меня в чем-то подозреваете? В каких-то махинациях с чужой квартирой?

– Ничего подобного, Клара Николаевна, – успокоила я ее. – Вы абсолютно ни при чем. Просто там, где внезапно появляется какое-то наследство, всегда есть вероятность обнаружения тех, кто захочет его получить незаконным способом.

Клара Николаевна посмотрела на Инессу, потом перевела взгляд на Мишу.

– Вот жила я себе спокойно, – тихо пробормотала она. – Думала, что ничего случиться не может. Да и с чего бы?..

– А тут приехали какие-то непонятные люди и напугали вас, – подхватил Миша. – Да?

Клара Николаевна гордо поправила прическу.

– А я и не испугалась.

Инесса громко вздохнула и откинулась на спинку дивана.

– Ребят, – заявила она, – а я и не думала, что все будет так…

Глава 3

Оказавшись за темно-красной дверью, обалдели все, кроме, пожалуй, Клары Николаевны.

Даже Миша завис, едва его нога переступила через порог. Квартира Бориса Семеновича Игнатьева и в самом деле напоминала застывший фрагмент прошедшей эпохи, который хозяину квартиры удалось законсервировать и сохранить до нынешних дней. На языке так и крутились слова про остановившееся время, но настенные часы с маятником, висевшие на стене одной из комнат, это опровергали. И тикали они довольно громко. Время все-таки шло своим чередом.

Окна в каждой комнате были занавешены плотными бархатными шторами. Клара Николаевна рывком раздвигала их в стороны и тут же отходила на безопасное расстояние, потому что в свете, ворвавшемся в помещение, тут же начинали буйный танец маленькие пылевые смерчи.

– Пыльно, – всякий раз сокрушалась она, щурясь и прикрывая ладонью лицо. – После его смерти я регулярно от нее избавлялась по всей квартире. Но к шторам не прикасалась.