Легенда эпохи

 – В этих словах была истинная правда, но, даже если бы это имя вдруг всплыло в моей памяти, я бы из вредности характера не призналась.

– Не слышали? – В голосе мужчины послышалось удивление, смешанное с недоверием. – Но мне известно, что вы, Татьяна Александровна, учились в Академии права. Разве профессор Мышинский не приводил вам меня в пример как самого талантливого тарасовского домушника?

Самоуверенность Козельчика не знала границ. Я сначала хотела сострить, но потом решила, что мои остроты – слишком большая честь для этого уголовника, пусть и бывшего.

– Нет, нашему потоку Мышинский не читал лекций, – скромно сказала я. – Это как-то меняет дело?

– Ну нет так нет. – Козельчик разочарованно потупил взгляд. – Куда я могу пройти? У меня к вам дело нарисовалось.

– Туда. – Я указала рукой на дверь в гостиную.

Бывший вор прошел в зал, осмотрелся, чему-то ухмыльнулся, подошел к столу, развернул стул и уселся на него, закинув ногу на ногу. Делиться своей проблемой он не спешил, а продолжал внимательно изучать мое жилище.

– Может, вы наконец введете меня в курс своего дела? – спросила я, усевшись в кресло. – К чему тянуть резину?

– Ну спешить-то особо некуда, – отмахнулся Юрий Яковлевич. – Факт уже свершился. Вот скажите, Татьяна Александровна… кхе-кхе-кхе… у вас нет внутреннего противоречия для того, чтобы сотрудничать со мной?

Судя по пристальному взгляду, этот прямой вопрос требовал быстрого и откровенного ответа. Но во мне взыграл дух противоречия. С одной стороны, новый клиент вызывал у меня глубокую антипатию.

Мне не нравилась его внешность, раздражали его манеры, и, конечно же, не вызывала уважения его бывшая «профессия». Более того, не было никакой уверенности, что человек, сидящий передо мной, действительно завязал с криминалом. Но, с другой стороны, мое личное отношение к клиенту не должно влиять на работу. Таков мой принцип. Вдруг Козельчик теперь законопослушный гражданин и ему на самом деле нужны услуги частного детектива? Вот откажу я этому чахоточному, и он пустит обо мне недобрый слушок, а это может повредить моей репутации.

Короче, быстренько взвесив все «за» и «против», я сказала:

– Юрий Яковлевич, я соглашусь работать на вас, если ваше дело меня заинтересует. Не люблю скучной, рутинной работы.

– Понимаю вас и уверяю, что это расследование не может вас не заинтересовать, – поспешил заверить меня Юрий и, прежде чем я что-либо ответила, самоуверенно заявил: – Я рад, что вы, Татьяна Александровна, согласились.