Комната страха

– Слушай, когда за неудавшееся дело с вами начнут разбираться, скажи там, что ерунда, мол, произошла и что я никаких дел ни с какой Илоной, ни против нее не имела и дорожку ей не перебегала никогда. И еще передай, что я, Татьяна Иванова, запомни, очень хочу теперь с этой Илоной встретиться, потолковать, чтоб сердце успокоилось.

– Не так это просто. Она баба с большим норовом.

– А мне плевать на ее амбиции! – возмутилась я. – И не с такими приходилось дела иметь! Тем более что за эту фотоработу я ей счет открываю, пусть платит.

Нет чтобы предупредить человека об опасности! Так что пусть платит, а ты как думал! И пусть поторопится с извинениями. Если, как ты говоришь, человек она известный, мне не составит труда самой отыскать ее через пару дней. Пусть поймет правильно, я не просто угрожаю.

Оглядев свои губы в зеркале заднего вида, он выбросил перепачканный кровью платочек все в то же окошко и повернулся ко мне.

– Знаешь, я не молюсь на нее, как некоторые, поэтому скажу тебе прямо, здесь не было никакой ошибки.

Да и не ошибается она, не такой человек, поверь. На презентации ты рядом с Тимом крутилась, а он ей враг.

Нет, весь мир сегодня с ума сошел, причем помешательство с ним случилось буйное! Вокруг меня крутились, это – было. Но чтоб я… Неужто с памятью что-то после всего?..

– Что за Тим? – спросила я тихо, но чувствуя, что хватит меня ненадолго, что еще чуть, и отдамся припадку бешенства, и уже не ведьмой, а волчицей натворю таких дел!.

.

– Кторов! – изумился он. – Тимофей!.. – но, взглянув на меня, поежился и залепетал скороговоркой. – Он тоже с ней был до последнего времени, а теперь отошел что-то, врагом стал. Много знает, наверное. А я что? Я ни при чем почти. Так, иногда, ради сотенки лишней выполняю просьбы, фотографирую клиентов, что за судьбой к ней приходят.

– А Крапов здесь ни при чем?

– Какой Крапов? Не знаю такого. Правду говорю, никогда не слыхал о Крапове.

Правду он говорит, не лжет – по глазам видно.

Ублюдок! Просьбу выполнял! Сфотографировать, как человек с шестого этажа падать будет!

– Зачем ей это?

– А ты у нее спроси. Вот пойди и спроси. Сама.

Все, устала я с ним, извините!

Сгребла его за воротник, а когда он попытался замахать руками, скрутила ворот так сильно, что получилось не хуже удавки. Подержала, посмотрела в глаза на буреющем от приливающей крови лице и отпустила не раньше, чем появился в них прежний страх.