Криминальный оракул

А я – больше от досады – время от времени пыталась высмотреть этих двоих. Поди, не затерялись бы в толпе при этакой внешности.

Долговязый блондин Павел и бесконечно суетливая невысокая брюнетка Людмила мое появление восприняли в стиле «Надо значит надо». Людмила клятвенно пообещала обсуждать и согласовывать со мной детали тура. Павел просто усмехнулся:

– А я что, я мебель. Куда потащите, туда и попрусь.

Людмила не расставалась с планшетом, по которому постоянно сверяла то расписание, то какие-то списки.

При несоответствии ворчала – например, когда выяснилось, что нашей пророчице Василисе не принесли в гримерку сушеные ананасы.

Павел к реальности проявлял мало внимания, торча одним ухом в mp3-плеере. Вырубал он его только по просьбе Василисы, чтобы не портить ей настрой перед выступлением.

Руслану меня представила отдельно сама Василиса.

Невысокий русоволосый мальчик, Руслан при своем субтильном телосложении выглядел все равно старше своих двенадцати лет. По словам Василисы, он приходился ей троюродным племянником.

Был сиротой, потому она и заботилась о нем. Когда я спросила о школе и об учебе, Руслан с очень серьезным для ребенка лицом сообщил, что учится экстерном, и вообще у него сейчас каникулы и он…

– Я Васе помогаю, – безапелляционно заявил этот сопляк. С таким лицом, будто эта фраза объясняла абсолютно все, включая смысл бытия.

Сидел он в Василисиной гримерке с таким видом, будто на все и вся ему было плевать. Или – что ему все надоело. Василиса его вроде опекала, но без особого фанатизма.

Например, не стала настаивать, чтобы он чем-то занялся, а не сидел и пялился в стенку. Зато настояла, чтобы он хорошенько поел.

Зато когда Василисе настало время выходить на сцену, пацан пулей подорвался со своего стула и зашагал рядом с Василисой. И когда она…

– Готовность тридцать секунд! – прошипела Людмила, отнимая хлеб у координатора.

…вышла на сцену, покачиваясь, будто лунатик, одетая в просторное балахонистое платье, и медленно поклонилась – Руслан впился взглядом в ее спину.

Будто боялся выпустить из виду хоть на секунду.

Перед тем, как сегодня днем я ненадолго оставила Комарову, она заверила меня, что не будет портить мою работу, пытаясь в точности прозреть какую-либо грядущую опасность.

– Тем более что это ненужный расход сил, – пояснила она. – У меня ж должны силы оставаться для работы.

Я не стала спрашивать, остались ли у нее силы для сегодняшнего выступления на сцене Дома культуры.