До потери пульса

– Как настроение в первый рабочий день? – поинтересовалась моя работодательница.

– Бодрое.

– Замечательно. Сейчас я познакомлю вас с коллективом. Он у нас дружный и трудолюбивый. – Корнилова распахнула дверь, над которой красовалась фиолетовая вывеска «Ирис»: – Здравствуйте, девочки!

– Здравствуйте! – отозвались дамы бальзаковского возраста. Как позже выяснилось, одна из них была приемщицей заказов, а другая – закройщицей.

– Вот, это Татьяна Александровна, наш новый менеджер по работе с персоналом. А это – Людмила и Светлана.

– Пока нет, – ответила приемщица.

– Ладно, Татьяна Александровна, вы меня подождите пару минут, я сделаю один звонок, а потом проведу для вас экскурсию по ателье. – И Корнилова скрылась за дверью своего кабинета.

– Вы можете повесить свой плащ сюда. – Людмила показала рукой на вешалку, стоявшую в углу.

– Спасибо, – я с благодарностью приняла это предложение, потому что в здании было жарковато.

– Значит, вы теперь с нами будете работать? – Приемщица приветливо улыбнулась мне.

– Да, – кивнула я.

Мы обменялись двумя-тремя дежурными фразами, прежде чем Ольга Николаевна вернулась в приемную.

– Так, ваш кабинет будет рядом с моим. Вам предстоит делить его с Еленой Федоровной, – при этих словах Людмила со Светланой многозначительно переглянулись. – Пойдемте дальше. Здесь, как вы, наверное, уже догадались, примерочные. А это – комната для приема пищи, а если проще – бытовка. Если хотите, можете приносить обед с собой и разогревать его в печке СВЧ, так многие делают.

– Понятно.

– Так, здесь – раздевалка, шкафы для одежды. А здесь у нас пошивочный цех, а еще дальше – складские помещения.

– Здравствуйте, Ольга Николаевна. – Невысокий мужчина лет сорока, вышедший из цеха, подобострастно поклонился начальнице, а на меня даже не взглянул.

– Николай, что у нас с оверлоком? – строго осведомилась Корнилова.

– Уже все нормально, я заменил вчера деталь, так что он пашет сегодня, как зверь, – ответил техник и удостоил меня беглым взглядом.

– Понятно. Да, вот еще что, в бытовке одна лампочка перегорела, – вспомнила Ольга Николаевна.

– Я уже поменял ее, – уведомил ее Николай и застыл в ожидании следующего вопроса или задания.

Он напомнил мне пса, готового кинуться за палкой, брошенной хозяйкой, чтобы принести ее обратно в зубах.