Черная кошка

А во-вторых, поскольку частные заведения менее зависимы от разнарядок и имеют возможность выбирать, то, как верно подметила заведующая детского дома на Лесной, он будут стараться принимать детей младшего возраста. А Насте уже больше. Возраст для быстрой адаптации не очень подходящий.

За этими размышлениями я незаметно доехала до дома.

Было уже около шести часов вечера – время, когда не только стандартный рабочий день, но и ненормированный день подполковника милиции Кирьянова должен был уже заканчиваться.

С минуты на минуту я ждала звонка. Он и прозвенел очень скоро.

– Ну что, Татьяна, как твои успехи? – бодрым голосом, не предвещавшим никаких плохих новостей, спросил Киря.

– Успехи не великие. Объехала все твои адреса, везде пусто. На Лесной даже имела случай самолично просмотреть списки прибывших и убывших…

– Тебе и списки показали?

– Ну… в общем… в каком-то смысле. И вообще, дело не в списках, а в том, что никакая Настя Колобкова в них не значится.

В трубке возникла небольшая пауза, после которой я услышала следующее:

– Увы, о своих успехах могу тебе рассказать то же самое. Настя Колобкова не зарегистрирована ни в одном из наших тарасовских государственных детских домов.

Глава 3

Признаюсь, эта новость оказалась для меня полной неожиданностью. Как бы там ни было, но, даже учитывая вполне реальную возможность того, что нехорошие предчувствия Николая Семенова могут оправдаться, я все-таки больше склонялась к тому, что основная их часть продиктована эмоциями. Узнал, что маленькая девочка, дочь близкого ему человека, осталась совсем одна, узнал, что ей грозит большое наследство, на которое положили глаз другие люди, да к тому же еще и не сумел найти ее с первого захода, – вот и расстроился.

Я была почти уверена, что наши с Кирей совместные усилия помогут разрешить проблему в самое ближайшее время. Но этого не произошло.

– Что ты молчишь? – раздалось в телефонной трубке.

– Думаю.

– А что тут думать, на это уже времени нет. Коля-то, похоже, оказался прав.