Алмазная лихорадка

Жилище было отделано по европейским стандартам, как сейчас принято у деловых людей, но интерьер был выдержан в строгих, даже аскетичных рамках, и его оживляло лишь ослепительно яркое пятно телеаквариума размерами два на полтора метра, где в толще неправдоподобно синей виртуальной воды лениво перемещались диковинные пестрые рыбины.

– Прошу вас, – сказал Капустин, указывая на кресло, и заботливо осведомился: – Кофе? Коньяк?

– Спасибо, ничего не нужно, – ответила я. – Льщу себя надеждой закончить утреннюю пробежку.

– Думаю, нет, – сказал Капустин. – Я постараюсь быть кратким. Однако завидую вашей силе воли, – улыбнувшись, признался он. – Сам я давно бросил следить за своей формой. Слава богу, у меня есть возможность пользоваться автомобилем – за троллейбусом мне уже не угнаться…

Пожалуй, он немного лукавил. Несмотря на свой возраст – а ему было на вид лет пятьдесят, – он не казался ни обрюзгшим, ни больным. Он был худощав, подтянут и упруг в движениях.

– Что ж, – продолжал Капустин. – Раз вы наотрез отказываетесь от угощения, перейдем сразу к делу.

Он машинально взял из коробочки со стола узкую длинную сигару. На нем был дорогой костюм из тонкой серой шерсти, серебристый галстук от Диора, а когда он потянулся за зажигалкой, на манжете блеснула золотая запонка с двумя небольшими бриллиантами.

– О, простите, – спохватился он, выпуская изо рта облако сигарного дыма. – Я так взволнован, что забыл попросить у вас разрешения. Вы позволите?

– Ну разумеется, – пожала я плечами. – Почему я должна запрещать вам курить в вашем собственном доме?

– Вот и отлично, – кивнул головой Капустин. – Значит, к делу! Евгения Максимовна, мне рекомендовали вас как опытного и обладающего исключительной подготовкой телохранителя.

– Если вы согласны считать учебу в «ворошиловском университете» и службу в спецподразделении КГБ исключительной подготовкой, то тогда все правильно, – холодно ответила я.

Капустин замахал руками.

– Ради бога, не обижайтесь! – сказал он. – Просто так странно видеть в вас – такой привлекательной молодой женщине – эдакого бойца-ниндзя…

– Мне тоже странно, что вы увидели во мне бойца – ниндзя, – заметила я.