Сказочники, или Мир в капельке росы

– Вишь, как ладно у тебя работа спорится, – сменил, наконец, Силыч гнев на милость.

– А ты не стой в стороне, а иди лапоток померяй, чтоб по размеру обувка вышла, – говорит ему Лесь.

– Ишь, че захотел – померяй! – осерчал вдруг мужичонка, да ступню в листву сухую поглубже зарыл, – вот такой у меня размер, в аккурат с енту щепку будет, – и Лесю кусок коры подает.

Тот только плечами пожал.

– Странный ты. Ну, мерить не хочешь – не меряй, но потом не обижайся, если обувка либо жать будет, либо с пятки сваливаться.

– А ты в аккурат по щепе делай – не промахнешься, – заверил старикашка.

Закончил Лесь работу, лапти перед хозяином поставил и говорит:

– Ну, пора нам отсюда и выбираться – сестра твоя о тебе беспокоится, извелась уже, наверное.

– Марфа, что ли? – с ехидцей спросил Силыч.

– Может и Марфа, имени не спрашивал. Я ее у озера встретил, она там гребень обронила.

– У, кикимора! – в сердцах воскликнул старичонка.

– Что это ты, дяденька, на сестру ругаешься? – удивилсяюноша, – Она за тебя волнуется, меня на помощь прислала…

– Кикимора и есть.

– Да разве можно женщине одной в этакую чащу ходить! Меня тут деревом вот этим чуть не пришибло, чудом увернулся, а ну как она не успела бы? – заступился за тетеньку Лесь.

А Силыч тем временем в лапоточки впрыгнул и вдоль деревьев расхаживает, да по сторонам поглядывает, всем своим видом будто сказать хочет: «Ну как я вам? Я ли не молодец?! Вот вам и убогий, вот вам и хромый».

– Ну, я ведь тоже не лыком шит, – опять заскрипел Силыч, и, вдруг, свистнул неожиданно звонким посвистом, да крикнул зычным голосом:

– Фиска!

И, как по волшебству, кусты расступились, и предстала пред Лесевым взором девушка красоты невиданной.

– Анфиса, дочка моя, – представил Силыч и для нее добавил, – парень ентот мне обувку с ходулькой смастерил. Отблагодарить надо.

Улыбнулась Анфиса ласково, взяла Леся за руку и сказала голосом ангельским:

– Пойдем со мной, парубок, не пожалеешь!

Лесь глядит на нее во все глаза, очей отвести не может и все думает, как у такого неказистого мужичонки этакая принцесса народиться сумела. Велика сила природы-матушки!

– Чем же одарить мне тебя, зорька ясная? Ведь нет у меня ничего. Был гребень резной, красоты твоей достойный, да я его Марфе отдал, – только и сумел вымолвить.