Сказочники, или Мир в капельке росы

– Вас не должна печалить моя участь, Ваше Высочество, – промолвил простолюдин, не поднимая глаз, – Судьба многих, кто не скрывалсвою любовь к Вам, оказалась более плачевной – Веснушка в тюрьме, а у Марьи конфисковали все съестные припасы, включая корову, в поисках яда, которым она могла отравить Вас. Учитывая, что ее с ребятишками ждет долгая голодная зима, мои синяки – пустяк!

Яна нахмурилась:

– Я не в курсе этих событий и непременно разберусь. Но… меня смущает другое.

– Что, Ваше Высочество?

Яна отошла к туалетному столику и опустилась в глубокое кресло, обитое бордовым бархатом, жестом пригласив собеседника занять место напротив.

– Мне доложили, что ты пастух. Это верно?

– Да, Ваше Высочество, пастух свободной городской общины – подтвердил молодой человек, продолжая стоять.

– Но говоришь ты не как простолюдин, – задумчиво проговорила принцесса, – Кто обучил тебя искусству риторики? Кто ты?

– Я Олесь. Отец мой – приходский священник.

– Вот как, – принцесса невольно улыбнулась, – с твоим образованием и, по всей видимости, умом, ты, должно быть, мечтаешь о более достойном положении.

– На сегодня мне достаточно того, что я имею, – возразил он.

Яна покрутила каштановый локон и улыбнулась еще шире. Ямочки заиграли на ее щеках.Сегодня ей хотелось быть по-королевски великодушной и могущественной.

– Не лги ни мне, ни себе. У тебя ораторский дар и, наверное, еще куча талантов. А талант дан человеку свыше. Он как миссия, возложенная на него, от которой нельзя отказаться.

– Где и в каких условиях человеку дано раскрыться в полной мере знает лишь сам Великий Сценарист, наделивший его дарами, – проговорил пастух, продолжая смотреть в пол, – А мы только актеры в его театре.

– Но «Великий Сценарист» имеет на земле своих помазанников, через которых осуществляет свою волю в отношении целых народов, – торжественно заявила августейшая особа, – Неужели им не под силу изменить судьбу одного человека?

Олесь поднял голову и посмотрел принцессе в глаза:

– Что Вы хотите от меня, Яна Анатольевна? Вы позволите мне называть Вас так?

Ее Высочество опешила от такой наглости, но быстро взяла себя в руки.

– Называй, – и продолжила, – я действительно хочу, чтобы ты занял достойное положение.