Сказочники, или Мир в капельке росы

– О, ты будешь счастливым человеком, – ответил Петрико, – ты будешь любить! Итак, у нас очень мало времени, давайте быстро изучать роли, до обеда мы должны быть в поместье. Боюсь, что многое недодумано, придется без конца импровизировать. Но, ведь в нашей труппе все – таланты, да и характеры получатся живее. Ну, друзья, за работу!

* * *

Кибитка, поскрипывая, подъезжала к поместью. Артисты сидели молча, уже войдя в свои роли, готовые на сцене пережить судьбу, уготованную им режиссером.

– Кто вы такие, и что вам нужно?– грубовато спросил у Петрико здоровенный чернобородый мужик, вышедший к путникам из ворот.

– Нам бы хозяйку увидать, княжну Наталью Андреевну Никольскую.

– Она, матушка, голубями занимается, – смягчился мужичина, и, подняв глаза к небу, добавил, – на седьмой круг пошли. Еще три круга, и хозяйка освободится. Как доложить-то про вас?

Балаганщик принял важный и торжественный вид.

– Скажи, что труппа народного театра Петра Васильевича Болдина осчастливила ее своим посещением.

– Ишь ты! – усмехнулся мужик и скрылся за забором. А Петрико приготовился ждать.

Примерно через полчаса калитка отворилась, и к нашим путникам вышла девушка в голубом платье со светло-русыми локонами, искусно уложенными вокруг классического овала лица. Ее большие серые глаза насмешливо сузились.

– Это, стало быть, и есть та самая благодетельная труппа народного театра Петра… как его там? – обратилась она к мужику.

Сказочник снял свою широкополую шляпу и галантно поклонился.

– Разрешите представиться. Петр Васильевич Болдин, владелец балагана, автор и режиссер – постановщик ряда пьес и сказок. Разъезжаем с гастролями по стране. В данный момент прибыли в Ваше имение и мечтаем потешить Вас своим искусством.

Наталья некоторое время изучающе смотрела на руководителя «народного театра» и его «труппу», а затем, сделав широкий жест, вновь обратилась к мужику:

– Кузьма, открой ворота, впусти «карету», – и в тон балаганщику добавила, – Милости просим в нашу скромную обитель.

Кибитка заскрипела и медленно тронулась за девушкой по выложенной красным кирпичом аллее к трехэтажному особняку, выстроенному в ложно-готическом стиле и представляющему собой одну из жемчужин русской архитектуры.

Петрико смотрел вслед хозяйке, пытаясь понять, правильно ли он угадал ее натуру. Он отметил, что, несмотря на некоторую печаль и задумчивость во взгляде, в ее движениях сквозила решительность и резкость.