Любовь на острие ножа

Черт! Черт! Черт! Ну и в передрягу же я попала! Прошептала под нос проклятия, и вскоре услышала:

– Эй, ты, иди сюда! У Леона кровь!

Мгновенно отреагировав на призыв, подбежала к машине и открыла дверь. Помогла ему выйти и сесть, откинувшись спиной на автомобиль. Все лицо Леона было залито кровью. Жуткое зрелище. Я смотрела на него и не понимала, с чего начать оказывать помощь. Как-то сразу растерялась. Руки тряслись, дыхание участилось. А он только улыбался, будто вся эта ситуация доставляла ему удовольствие. Идиот!

– Я же спрашивала! Почему ты не сказал?! – взбунтовалась я, не понимая, почему этот придурок промолчал, что нуждается в помощи.

Что он пытается доказать? И кому?

Отчего-то меня взбесила эта ситуация. Стало даже страшно… что я могу потерять его. В том смысле, что больше не увижу его голубые глаза и дерзкую улыбку. О, Боже, что же со мной происходит? Видимо, хорошо головой приложилась!

– Не привык жаловаться. Тем более женщинам.

– Ну и дурак, – заключила я и сняла с него наручники.

– Так точно, мисс, – кивнул Леон.

Потом я слазила в машину за аптечкой и, опустившись на колени перед ним, принялась обрабатывать разбитую бровь перекисью водорода. Он поморщился.

– Терпи, – велела я и решила приободрить его. – Я однажды пулю словила, вот тогда было действительно больно.

– А в меня дважды стреляли, – сказал Леон и скривился, когда я в очередной раз прикоснулась смоченной в перекиси ваткой к его брови.

Я промолчала, продолжая обрабатывать рану.

– А ты красивая, блондиночка, – прошептал он, чем ввел меня в ступор. – Как тебя зовут?

– Мэри, – еле слышно проговорила я, неотрывно смотря в его светлые глаза.

Ощутила, как прошлась по моей ноге крепкая ладонь, но не перестала вытирать кровь с его лица. Сглотнула слюну, чувствуя, как внизу живота потянуло.

Я совершенно не понимала свое тело, которое отзывалось дрожью на прикосновения незнакомого парня. Это было что-то запредельное, выше моего понимания.

– Эй, голубки, я вам не мешаю, нет?! – раздался голос Энтони из машины.

И тут я будто очнулась. Быстренько заклеила рану пластырем и прокашлялась, приводя дыхание в порядок. Отстранилась от Леона, который сидел смирно.

– Придурок! Заткнись лучше там! – возмутился он, повернув голову в сторону друга.

Встать Леон мне не позволил. Обхватил за талию, притянул к себе, зарылся пальцами в волосы, вызывая дрожь во всем теле.