Ведьма

– Мне показалось, – дрожа, то ли от страха, то ли от перевозбуждения, рассказывал мне несчастный, – что у нее глаза человеческие! Понимаешь, она так разумно на меня смотрела, и явно была недовольна моим появлением…

Я посмотрел по сторонам – мало ли, вдруг кидаться начнет? Где официанты, куда убегать? Мне стало очень жалко мою девушку, это ж надо было, замуж за сумасшедшего собираться. Хотя, конечно, как их распознаешь-то сразу?

– Степан, – осторожно начал я, – а Вы не пробовали обращаться за помощью?

– Ты думаешь… – в глазах неудавшегося жениха мелькнуло понимание, но он тут же замахал руками – А…Нет-нет, я абсолютно здоров психически.

Конечно, как всякий разумный человек я не верил во всю эту мистику, я обошел массу врачей, прошел кучу тестов. Я здоров, мое МРТ в порядке, галлюцинациями я никогда не страдал и не страдаю сейчас, а это… Я видел это, как я могу не верить собственным глазам?

Я немного успокоился, не было похоже, что Степан собирается на меня нападать, и продолжил слушать его увлекательный рассказ.

Степан, конечно, выскочил из кухни и побежал к забору, чтобы позвать на помощь.

– Ты понимаешь, дикий зверь же в кухне? – оправдывался жених. – На мои крики, естественно, никто не пришел, видимо, в селе уже привыкли к странностям, происходящим в этом доме…

И тут сзади, со стороны той самой летней кухни, раздался голос Иван Матвеевича:

– Завидкилля ж ты узявся, такый громкый?

Степан обернулся, на пороге кухни стоял сонный тесть, хотя Степан мог поклясться, что еще минуту назад в кухне, кроме его самого и огромной волчицы, никого не было.

– Волчица, там здоровенная такая волчица… – заикаясь, тыкал в сторону кухни несчастный жених.

– Да яка волчица, побойся Бога, – сзади Ивана Матвеевича появилась теща, босая, в легком халатике, наброшенном на пышное тело, с распущенными длинными волосами, ниспадающими ниже пояса.

– Степан, что происходит? – из дома выскочила и перепуганная Олеся в коротенькой белой сорочке.

Вид невесты немного успокоил Степана, Олесе получилось вернуть его в дом и уговорить попробовать снова уснуть.

Утром светило солнышко, кукарекал петух, мычали коровы, сельская жизнь текла неторопливо, и Степану стало казаться бредом вчерашнее видение. Олесе удалось его убедить, что волчица просто почудилась ему, до конца не проснувшемуся.

– Да то ты мешок с тряпьем побачив и перелякався, – убеждала Степана теща.