Параллели вселенных: Хранители

Поежившись и от увиденного, и от голосов леса, Ричард быстро развернулся и последовал за Аукой, спина которого мелькала среди деревьев уже на приличном расстоянии от него.

****************************

У плота, на котором покоилось тело Стефана, постепенно начали собираться жители клана Воды. Белые одежды покрывали их тела, ниспадая струями вниз. На гостях поселения – свободного кроя светлые рубахи и привычные для них – штаны из холщовой ткани горчичного цвета. Казалось, что проводить в последний путь главу другого клана, вышел народ всего клана.

Сколько их собралось на помостах! В первом ряду стояли Даниэль, Румелия, Маади и Аарон. Даже Конрад присоединился, хотя и не сильно понимал, почему событие погребения привлекло к себе так много людей.

По краям помоста начали зажигаться фонарики, отбрасывая блики на водную гладь, которая внезапно начала дрожать. Даниэль, все это время стоявший с опущенной головой, заметив рябь, поднял глаза и увидел, что к плоту приближаются лодки, а на воде, откуда ни возьмись, зажигаются огни.

Теперь все обширные водные владения напоминали бездонный колодец ночного неба, в которое кто-то обронил миллиарды россыпей золотых звезд.

В руках у каждого из пришедших был бутон белой лилии, как дань умершим, как последний символ их очищения от земной жизни и отпущения всех грехов.

Маади, являясь хранительницей своего поселения, первая преклонила колено и опустила цветок в воду. Ее примеру последовали Аарон, Румелия и Конрад, отпустив свои цветы. Затем все то же самое повторили жители, отдавая почести душе усопшего.

Даниэль ждал. Он ждал до последнего, когда к нему присоединится Элизабет, его возлюбленная. Но время шло, неумолимо шло вперед, как бы он ни хотел его остановить или хотя бы замедлить. Элизабет не приходила.

Он, печально вздохнув, обвел взглядом поселение еще раз. Элизабет нигде не было. Почувствовав всю беспомощность, будто у него выбивают землю из-под ног, он, наконец, тоже встал на колено. Чуть придвинувшись к Маади, он тихо шепнул:

– Может быть, кто-то пойдет, узнает, когда она придет?

– Нельзя отлучаться, – строго ответила ему Маади и закрыла глаза.

Она протяжно затянула неслыханную доселе Даниэлем мелодию, которая так откликалась ему, словно эхом колыбельной из далекого детства.

Жители мигом подхватили ее напев, и все поселение погрузилось в благозвучное пение. Они тянули прощальную колыбельную, не произнося ни единого слова. Их напевы были выстроены только на нескольких нотах.