Пластика души

– …по всей видимости, труп пролежал в доме около семи суток, но точной информации сотрудники правоохранительных органов пока не дают, – сказал корреспондент, и камера снова взяла крупным планом дом и стоявшую у ворот машину оперативной группы.

– Нормально… – проговорил анестезиолог. – Это ж что выходит – целую неделю никто не спохватился? Она одна жила, что ли?

– Видимо, да, – откликнулся Матвей. – В любом случае это теперь будет новостью номер один – такая интрига. Писательница, лица которой никто не видел, погибает при неясных обстоятельствах.

Прямо сюжет нового романа.

– Только Волошина его уже не напишет.

В это время в ординаторскую вошла дежурная сестра Женя:

– Матвей Иванович, там у Куликовой истерика.

– Истерика? Вы ей губу обработали?

– Да. А сейчас она воет и никого к себе не подпускает.

– Позвоните Евгению Михайловичу, пусть тоже подойдет, я сейчас.

Матвей закрыл файл, набросил поверх хирургической робы белый халат и отправился в отделение.

Куликова забилась в угол палаты, натянула на голову капюшон серой толстовки и, обхватив колени руками, протяжно завывала, бормоча что-то нечленораздельное.

При любой попытке второй медсестры приблизиться она немедленно начинала колотиться головой о стену и визжать, срывая голос:

– Не подходите! Не подходите ко мне!

– Люда, оставьте нас, – попросил Матвей. – Когда Евгений Михайлович придет, сразу сюда его.

Медсестра кивнула и вышла, закрыв дверь, а Куликова снова уткнулась лицом в колени и заскулила.

Матвей остановился в шаге от нее, присел на корточки и тихо спросил:

– Наталья Анатольевна, я могу помочь?

Она только помотала головой, но не умолкла, продолжая терзать пространство монотонным воем.

– Что-то случилось? Не хотите поговорить?

Снова то же движение головой. Матвей видел в своей жизни немало истерик, но так и не научился справляться с ними, вернее, не знал иного способа, кроме хорошей оплеухи, но не бить же пациентку, женщину, уступающую ему в весе раза в два? Он понимал, что никакими словами не прекратит происходящего, нужно ввести препарат, но как сделать это, не применив физическую силу, пока тоже не знал.

Оставалось надеяться, что более опытный в таких вопросах психолог сумеет сделать то, что нужно.

Куликова по-прежнему раскачивалась, как ванька-встанька, и протяжно выла в колени. Матвей растерянно оглянулся, пытаясь понять, не могло ли что-то в палате вызвать такую реакцию.